За эти несколько секунд башенного разгона, я успел рассмотреть мелькающие справа и слева каменные арки, а потом вокруг снова появился сотканный из молний кокон, превратившийся в нестерпимо яркую вспышку.

В тот же миг за лобовым стеклом появился контур, окованных железом, покосившихся ворот, ведущих внутрь некого монструозного сооружения. И к ним мы продолжали нестись, на бешеной скорости, несмотря на натужно визжащие тормозные колодки.

Мы обязательно бы врезались, но окружающий грузовик кокон из молний снова ожил. Его вспышка, сопровождалась оглушающим хлопком. Нас снова переместило на наклонную поверхность. На этот раз спуск не разгонял машину, а наоборот снижал скорость.

Едва ЗИЛ-130 замер на месте, я, почувствовав под тельняшкой нестерпимый жар, и стянул с шеи трофейный амулет. Принялся рассматривать кругляшку и увидел, что зажатый между серебряными пластинами кусок стекла, едва заметно дымится. Похоже, мой эксперимент удался, и одетый на всякий случай артефакт, смог отвести от кабины грузовика, неизвестное количество пуль.

То, что нас закинуло непонятно куда, я понял сразу. Все признаки этого были на лицо. Как только энергетический кокон окончательно исчез, грузовик съехал в ложбину, заглох и увяз в чём-то сыпучем. Через покрывшееся трещинами, пробитое пулями, лобовое стекло, я увидел песчаную поверхность, заменившую накатанную колею афганской дороги.

Прохладу сменила нестерпимая жара, ворвавшаяся в раскрытые окна кабины. Нос ощутил совсем иные ароматы, а язык почувствовал солоноватый привкус местного воздуха. Солнечный свет, стал ещё ярче, но его словно прогнали через жёлтый фильтр.

Вырубившаяся во время переносов спутница, неожиданно очнулась и закашляла. Потом распахнула пассажирскую дверцу и вывалилась наружу. Я услышал, как она чертыхается, и, наклонившись, увидел склон бархана и девушку, пытающуюся найти опору на осыпающейся поверхности.

Подхватив автомат, я сменил пустой магазин и выпрыгнул наружу. Почувствовав под ногами песок, упёр приклад в плечо и занял позицию у увязшего колеса. Зрение до сих пор не сфокусировалось, но я всё равно принялся осматриваться, ожидая встретить любой вид поджидающей нас опасности.

— Где мы? — спросила спутница, едва прокашлявшись.

При этом Гадюка опустилась на пятую точку рядом с колесом и извлекла из кобуры ПМ.

— Не знаю где. Но мы точно больше не находимся в пригородах Кабула — ответив на вопрос, я указал на вздымающиеся со всех сторон, склоны высоченных барханов. — Давай-ка подруга приходи в себя, а пока обрати внимание на местное небо и золотое Солнышко. Если учесть странные оттенки, мы даже не в нашей реальности.