Задние ворота распахнулись настежь, и через десять минут у КПП выстроилось около двух десятков солдат и несколько офицеров. Возле автобуса и грузовика, словно всполошённые пчёлы, забегали механики, спешно готовя технику к выезду.

Карзай, словно одержимый, продолжал раздавать приказы. А когда один из младших офицеров осмелился попросить разрешения связаться со штабом, полковник влепил ему звонкую пощёчину, после чего все разбежались исполнять указания.

Прибежавший комендант ходил за полковником по пятам, как тень, а Карзай втемяшивал ему, что выполняемая задача — государственной важности, и о ней до поры нельзя сообщать никому. И хотя комендант бросал на полковника подозрительные взгляды, в открытую конфронтацию вступать не решался.

А ещё через пятнадцать минут я стал свидетелем трогательной встречи полковника со своими близкими. Судя по их поведению, Карзая действительно считали погибшим в авиакатастрофе. Десяток женщин, молодых и не очень, бросились к нему, словно к долгожданному спасителю. Выскочила стайка детей. Солдаты подкатили инвалидную коляску с седобородым аксакалом.

Понимая, что погрузка родни в транспорт может затянуться, я вновь обратил внимание на нервозность коменданта и почуял неладное. Чтобы проверить свои догадки, пришлось отправить теневика на осмотр территории.

Подозрения подтвердились почти сразу же. Призрак обнаружил солдата, который вёл себя очень подозрительно. Выскочив из пристроенной к дворцу казармы, он начал пробираться через сад, стремясь попасть к самой дальней части ограждения. Детальный осмотр выявил тщательно замаскированную калитку, ведущую за периметр дворцового комплекса.

В нынешнем состоянии теневик не мог его задержать, но кое-что попробовать мог. Решив пожертвовать мизерными остатками энергии и призраком, я дождался, когда трясущиеся руки солдата начнут ковыряться в замке. И как только он остановился, попытался провернуть один старый фокус.

По моему приказу теневик проскользнул сквозь тело афганца. Я не смог получить контроль над его мускулатурой, но заставил его выронить ключи и на пару секунд замереть на месте. Это позволило проникнуть в его сознание и понять, о чём он думает в этот момент.

В моей голове, словно на киноплёнке, замелькали обрывки его мыслей. И если им верить, то он мечтал о том, что сможет купить на рынке, после щедрой награды за доставленное сообщение.

Последнее, что я увидел перед тем, как призрак растаял, была спина убегающего афганца.

Информация подтвердилась. Несмотря на показное подчинение Карзаю, комендант подстраховался и успел отправить одного из своих с запиской. Интересно только, кому она предназначалась?