И что же мне теперь делать? Ведь если Должанский узнает об истинной причине моих подозрительных телодвижений, и поднимет шум, может начаться непрогнозируемая реакция высокопоставленного начальства.

Уже решив, что лучше состроить из себя дурачка, решившего справить малую нужду там, где не положено, я уже раскрыл рот, но в самый последний момент, инстинктивно передумал. Скинув вещмешок, я выудил из его недр завёрнутую в портянку шайтан машинку и выложил её на стол.

Конечно, я шёл ва-банк, но отношения ко мне ротного нужно срочно менять, иначе без окончательного ухода в вынужденный самоход, с десантниками каши не сваришь.

— Что это? — спросил капитан.

— Двухсотграммовая магнитная мина направленного действия. Взвод боевого механизма производится при помощи выдёргивания контрольной чеки. Имеется функция мгновенного срабатывания при нажатии. Возможна установка механического таймера, откладывающего срабатывание химического взрывателя, на срок до двух суток. Внутри шайбы установлен точнейший часовой механизм. Медная воронка для возникновения направленной кумулятивной струи и восемьдесят грамм спец взрывчатки, могут проделать дыру в десятисантиметровой броне. Производят эти шайбы в Великобритании. Используют для точечных диверсий спецподразделениями английских коммандос.

Выслушав подробную характеристику, Должанский недовольно хмыкнул.

— И где эта машинка была установлена?

— На механизме, выпускающем правое шасси самолёта.

— А ты откуда узнал?

— На аэродроме Чирчика один из техников вёл себя чересчур подозрительно. Я решил проверить за ним и обнаружил установленную мину.

— Хочешь сказать, если бы не твоя бдительность, то это могло привести к авиационной катастрофе.

— Думаю, наши пилоты могли бы попытаться приземлить АН-22 в Баграме, не выпуская шасси. И вполне возможно, кто-то выжил, при аварийной посадке перегруженного самолёта, но это далеко не факт.

— Почему ты не сообщил о диверсии в Чирчике? А если бы в самолёте установили дублирующее взрывное устройство? — возмущено прорычал командир роты.

— Поверь мне, капитан, если бы дублирующая машинка там стояла, я бы почувствовал — максимально уверенно ответил я. — Подумай, чтобы произошло, если бы я на аэродроме предъявил тебе шайтан-машинку.

Поработав желваками, разгневанный Должанский прекратил нависать и сделал шаг назад.

— Значит, ты тоже из этих — сказал он, не то осуждая, не то просто отстраняясь.

— Из каких, из этих? — спросил я, сразу поняв, о чём он. Просто мне хотелось кое-что прояснить и в дальнейшем исходить из реального отношения Должанского к потусторонним явлениям.