Была бы помпа — я бы ее сейчас подзаряжал, но с «вепрем» так не получится, нет ни в чем совершенства. Но еще пять в магазине, пять, я считаю. Всего было восемь плюс один в стволе, выстрелил четыре, то есть пять осталось. Пять. Раз, два, три, четыре, пять, вышел Коля погулять. Тут хрен пойми что выбежать может, но стрелять буду я, извините.

Есть, я еще тогда заметил, что плевуны тупые, долго выжидать не могут. Этот полез по столбу вверх, вдруг вывернул шею неожиданно, прицелился плюнуть Стужей, — но мы разнесли его почти что в клочья. Мы с Дмитрием с двух стволов, и Саня из своего «дырокола» добавил, чтобы мало не показалось.

— Перезаряжаю! — объявил я, быстро меняя магазин.

— Перезаряжаю! — повторил Дмитрий после меня.

Вонь от сгоревших плевунов совершенно отвратная, как будто в чан с гнилым мясом перебродившей мочи налили. Или чего‑то хуже. Даже рвотный рефлекс начал активизироваться, хоть я и не брезгливый. И вот темнота странная очень смущает, и похоже, что она с каждым шагом гуще.

Как‑то идти дальше… мысль не вдохновляет. В стороны видно плохо, закоулков за этими машинами до фига и больше, из любого можно кинуться или плюнуть Стужей. Тактика «мы идем и стреляем» может и не сработать…

— Прикрывайте, — сказал я и отстегнул магазин, после чего выбросил патрон из патронника.

Магазин на пять, он у меня в отдельном подсумке, точнее — два таких. Один с серебром, другой со «сверхновыми». Вытащил со «сверхновыми», воткнул, дослал.

Даже та темная тварь, что гоняла меня по Рудному, «Сверхновых» пугалась, Тьма не может не бояться света, а «Сверхновая» как раз концентрированный свет и есть. Диего, кстати, рецепта не раскрывает, как они их делают.

Если стрелять вперед — ослеплю всех, оно не очень. Лучше бы пальнуть куда‑то так, чтобы очередная груда железа прикрыла от вспышки.

— Я наверх, — показал я на какую‑то железную конструкцию, состоящую их массивной рамы и чего‑то ржавого, висящего на ржавых же цепях вроде велосипедных. — По команде зажмурьтесь на пару секунд.

Шаг в сторону от группы — и уже страшней, нервишки засбоили. Это сами по себе, или что‑то снаружи давит, интересно?

Рукой за цепь, тускло звякнувшую, подтянул себя выше, ногу на выступ, с него на следующий…

— А дальше там совсем темно, — объявил я, стараясь, правда, сделать это как можно тише. — Нам туда лучше и не соваться.

Саня с Дмитрием напряжены, Саня даже в руку «Щелчок» особой мощности взял, «дырокол» на ремне на запястье висит. Такой «Щелчок» в Форте кругом под запретом, только «на вынос» разрешен, зато что угодно может в фарш перемолоть. Сила в нем немереная.