Первой по телефону говорила с дочерью Римма. Она сокрушалась о том, что Вера переехала к Арсеену без регистрации брака, как сожительница, и каждый раз сообщала, что за будущую свадьбу и за здоровье Арсеена молится вся церковь, хотя толком не понимала, чем ее будущий зять болел.

Вере не нравилась откровенность мамы с верующими в церкви, она очень стеснялась своего иммигрантского положения в Бельгии и старалась как можно реже напоминать о себе своим прежним друзьям и знакомым, которые в трудные времена не изменили родине, а она изменила, но выставлять напоказ свою хреновую жизнь за границей не имела желания.

– Запомни, Вера, – каждый раз наставляла ее мама, – у Бога вся твоя жизнь как на ладони. У каждого из нас есть проблемы, но это нисколько не унижает наше достоинство, чтобы молиться за эти проблемы, а молиться лучше вместе, чем порознь. Лучше расскажи, как вы додумались Витю на чердак переселить?

– Арсеен сделает из чердака комнату, он уже заказал специальную лестницу на чердак и утепляет стены… Как вы себя чувствуете?

– У папы сломанная рука зажила, а меня разбил радикулит, а в остальном так же, как и всегда, готовимся к дачному сезону. Скоро заготовленную осенью землю надо домой принести, чтобы в феврале посадить помидоры. Теперь нас с папой радует только наша Дея, эта собачка заменила мне тебя. Я иногда так и называю ее: не Деей, а Верой.

Если случалось говорить с папой, то он всегда начинал с одного и того же:

– Вера, доченька, рад слышать твой голос. О нас не беспокойся, Бог нас хранит. Главное для нас – это знать, что у тебя и детей все хорошо. Этого уже достаточно, чтобы мы были счастливы. А ты не унывай, Бог даст – и свидимся… А рука моя уже не болит, весной смогу и на даче работать. Хотя чтоб она сгорела, эта дача! Разве стоит она таких мучений?! Ну зачем нам столько варенья и засолок?! Скоро в гараже уже шага не ступишь. Надо быть акробатом, чтобы перепрыгивать через скопление банок с огурцами и помидорами, но разве твою маму уговоришь продать дачу?! Мы молимся за вас всей церковью.

– Папа, это не секта?

– Вера, если бы эта была секта, то разве мы с мамой пошли бы туда? Мы славим Господа, а наш проповедник Женя поет как Шаляпин. Пастор Дэн ведет школу Библии, где нам, пенсионерам, тоже рады. Хорошо, что Арсеен поправился. Он тебя не обижает?.. А детей?

– Папа, он больной, но до болезни о нем все говорят как о добром человеке… Правда, воровать любит.

– Что-что? Кого он любит?

– Сладости он любит! Папа, а мы вас с мамой любим. У меня деньги кончаются. Целуем. До свидания.