И совсем другое — вот такая, позорная гибель. Я специально приказал поведать им об их судьбе — сегодня я не собирался обходиться полумерами, и потому принесенная мной нынче жертва будет воистину темным, запретным искусством. Черной Магией в худшем её ключе…
Что ж, если так надо ради победы — моя рука не дрогнет. Лишь сильнейший способен сделать сложнейший выбор — и я его уже сделал. Не будет шансов у бывшего генерала Темной Звезды.
— Услышь меня, Маргатон! Анну верде инсалон!
Глава 5
— Итак, он все же провел этот свой богомерзкий ритуал. В очередной, мать его, раз, — в раздражении бросил Валентин Романов.
Генерал-фельдмаршал был человеком немолодым и не слишком это скрывал. Нет, на свои восемьдесят с лишним он, конечно, тоже не выглядел, предпочитая сохранять облик мужчины лет пятидесяти пяти в хорошей физической форме — подтянутый, довольно крупный и с посеребренной сединами короткой стрижкой.
Сейчас его превосходительство находился в собственном штабе, находящемся в небольшом замке, принадлежавшем некогда одному из Родов-предателей. До прихода сюда войск Валентина Константиновича над этим родовым гнездом реяли стяги Швеции и самого Рода изменников, однако при приближении русской армии последние благоразумно предпочли убраться подальше с пути наступающей армии. Вывезя все мало мальски ценное, что можно было увезти с собой и уничтожив остальное, разумеется.
Однако сам замок, построенный достаточно давно и на совесть, разрушить бегущие аристократы не сумели, поэтому русский главнокомандующий выбрал именно его. Подчиненные и многочисленные слуги, сопровождающие генерал-фельдмаршала в военном походе, дабы столь сиятельная особа не знала проблем с комфортом, быстро привели его в порядок. И теперь здесь располагался штаб командования группы армий «Север» под его командованием.
Разговор между Валентином Константиновичем Романовым и его подчиненным, генерал-лейтенантом Тайной Канцелярии Мухиным Егором Семеновичем, происходил в рабочем кабинете на главнокомандующего, находившемся на девятом этаже одиннадцатиэтажной центральной башни. Выше были лишь два этажа личных покоев Романова, хода в которые не было практически ни у кого, кроме его походных наложниц, взятых весьма ценящим личный комфорт чародеем из Петрограда с собой даже на войну.
— Так точно, Валентин Константинович, — кивнул сидящий через стол от него Мухин. — Более того, по свидетельствам очевидцев — это было не просто кровавое, но и крайне жестокое действо. А ведь прежде Николаев-Шуйский, хоть и имел тенденцию не считаясь с общественным мнением использовать Магию Крови в худших её проявлениях, определенной черты не переходил — его жертвы умирали, как правило, практически мгновенно и без лишних мучений. Но в этот раз всё было совершенно иначе… Что наводит на определенные размышления.