— Начерти мне план расположения помещений и где кто находится, — велел я.

Мы на десяток минут присели над чертежами, что расчертил на нескольких кусках пергамента бандит. Выходило, что мы сейчас в подвале. На первом этаже, к нашей удаче, из тех, кто был на первом этаже, один Адепт и все трое Учеников были из числа перевербованных, подчиненных угрозами Петей Смоловым чародеями. К ним были ещё полтора десятка рядовых бойцов, но кто будет всерьез считать пушечное мясо?

В общем, снаружи, в подвале, было ещё два Ученика. Изолированная камера, в которой я находился, блокировала и исходящие изнутри звуки, так что я велел Афоне позвать двоицу чародеев внутрь, якобы что-то случилось — главным фактором сейчас было как можно дольше соблюдать тишину.

— Андрей Григорьевич! — заколотил он в дверь изнутри. — Андрей Григорьевич! Фальцет, мать твою! Тут пленник подыхает! Живее сюда!

Камеры, предусмотрительно, открывались лишь снаружи.

— Чё с ним, Кувалда? — рыкнул голос снаружи. — Не велено открывать без распоряжения…

— Да ёб твою налево, полудурок! — заорал мой подельник. — Глянь сам — этот петух вырубил Мишу Водника! Я дал ему по башке, что бы не слишком бушевал, но он затылком приложился! Открывай, мать твою, не то Череп нас всех за яйца подвесит!

Я действительно лежал головой в луже крови, которую мы выжали из бездыханного трупа бездарно помершего Мастера. Играть, так играть с толком, верно?

— Как он Мастера завалил, но тебя не прикончил, Афоня? — недоверчиво уточнил голос по ту сторону двери.

— Вот щас этот урод окончательно в себя придет, порвет мне задницу на британский флаг и вырвется отсюда, тогда ты у него и спросишь, что да как! — огрызнулся Афоня. — Открывайте, придурки — ему надо ещё антимагического зелья ввести, пока есть время.

Сомневались охранники недолго. Видимо, вид меня, лежащего в потеках крови, их убедил, что можно войти внутрь, и окованная сталью, укрепленная дверь, которую пришлось бы сносить с шумом и грохотом, тихо отворилась. Внутрь вошла пара Учеников, недоверчиво сплетя и удерживая на ладонях по боевому заклятия.

— Чё⁈… — выдохнул стоящий впереди, когда я резко открыл глаза.

Фиолетовые молнии покрыли всю комнату, мгновенно гася их чары. Кинжал Афони вонзился в сердце одного из чародеев, я же, вскочив на ноги, пронзил покрытой синими молниями рукой грудную клетку врага, ухватив его сердце и рывком выдернув его наружу. Торопливо, пока оно ещё билось и было переполнено Праной и маной, я произнес:

— Руинее атта мертэ, Маргатон!

По истощенному и побитому организму мгновенно пробежала волна горячей энергии, исцеляя мелкие и средние повреждения и наполняя меня маной. Не теряя времени, я выдернул сердце второго мертвого Ученика и повторил процедуру, с наслаждением ощущая теплые волны восстановления сил и здоровья заемной силой. Конечно потом, через какое-то время, я получу откат, и довольно сильный, за этот варварский ритуал — но здесь и сейчас это было необходимо.