А затем над всем полем битвы возникли, один за другим, возникли те самые кривые, ломаные рисунки, что испещряли руки моей новой подчиненной. Десятки, сотни, а затем и тысячи каракуль, словно бы нарисованных нетвёрдой детской рукой на холсте багрового мира угольно чёрные, дымящиеся закорючки. Один краткий удар сердца ничего не происходило, а затем знаки рухнули вниз подобно самому настоящему дождю, без труда проникая сквозь все магические барьеры.

Там, где неизвестное волшебство сталкивалось с призрачной плотью призванных в наш мир духов попавшие под удар слуги шаманов начинали словно бы прогорать и плавиться. Так, словно человек попал под душ из капель алхимической кислоты, что начисто растворяла любую плоть…

Людям эти странные чары не вредили совершенно, но вот призванные твари начали исторгать жуткие вопли — Цветкова не изгоняла их. Видимо, занятая чарами волшебница неправильно выразилась — она натуральным образом истребляла всё духовное воинство врага! И даже их старшие сородичи, четвертого и пятого рангов, кричали от боли, с трудом стряхивая с себя зачарованные символы.

Это длилось несколько секунд. Пять, может семь, не более — а затем чары иссякли, начисто истребив призрачное воинство. И лишь крупнейшие, сильнейшие из них ещё держались…

Пора, понял я. Сейчас, когда твари ранены и ещё не оправились, бить, не медля и не дожидаясь никого и ничего, надо бить всем, чем есть. И моё заклятие, пусть и не набравшее ещё запланированного количества маны, ударило, оборачиваясь десятками змей фиолетовых молний.

— Картечью, сучьи дети! Залп, отродья бесхвостой свиньи и блохастой кобылы! — взревел кто-то из командиров моей гвардии.

Молодец, сообразительный… Дружный залп восьми артиллерийских орудий смёл больше сотни нанхасов, среди которых присутствовало немало одарённых. И, не давая им шанса оправиться, пехота кинулась на сближение — ведь в рукопашном бою мои гвардейцы на голову превосходили всего лишь жалких перворанговых одаренных, которыми являлись лесные охотники…

Я медленно потянул Меч Простолюдина из ножен, поводя плечами и готовясь к рубке. Моё заклятие не убило духов, но вынудило тех, плюнув на все контракты с шаманами, бежать этих созданий на свой план реальности, и что-то мне подсказывало — в ближайшее время, пока не заживут полученные сегодня раны, их сюда призвать не удастся. Что целиком и полностью меня устраивало.

Однако порубиться всласть мне сегодня было не дано. Потерявшие всех духов из-за странной магии, лишившиеся разом четверти своих товарищей вследствие залпа восьми пушек нанхасы не выдержали и дрогнули, пускаясь наутёк, спеша спасти свои жизни. Мстители доморощенные, мать их итить…