Я улегся на кушетку следующим.

— Сильное перенапряжение, — заявил он, еще даже не начав сканирование. — Понятно, — задумчиво протянул док. — Был недавний выброс, — то ли спросил, то ли постановил врач. — В организме магическая буря. Лучше не допускать высоких нагрузок, можно словить так называемое табурное выгорание и на несколько недель вылететь из практики с даром.

— Вы удивительный специалист, — сказал я. — Очень благодарен вам за вашу работу.

Мы обменялись рукопожатиями, и он вышел. А на смену ему явился клановый мастер Роман Романыч и протянул мне свою лапищу, а после притянул меня и хлопнул по спине.

— Возмужал, — покивал он. — Сильнее стал. Хотя дар и спрятался в раковину. Но общий уровень я чувствую.

Эр Эр начал седеть, пока только на висках. Но, значит, скоро и его большая черная борода раскрасится серебром. Самого мастера это мало волновало, улыбка с рядами ровных белых зубов сияла всё так же.

— Зачем вызвал?

— Глянь, чего там, — я неопределенно ткнул себя в грудь.

— Бардак там! — сразу заявил дядь Рома, едва дотронувшись до головы. Затем сплёл диагностирующую технику и пропустил через меня импульс. Хмыкнул и еще несколько раз пронзил всё тело невидимой энергией. — Я не могу ничего толком разглядеть. Гойле проснулся, это я вижу. Второй энергоконтур укрепился после сильной недавней травмы. Но такое чувство, что не до конца зажил. И этот шторм… В общем, через недельку бы глянуть. А рекомендации простые. Как с порванной мышцей. Подожди, пока спадет отек, и по чуть-чуть давай нагрузку, постепенно увеличивая до прежних объемов и выше. Ты не до предела развился. Возможен скачок на пару пунктов по шкале.

— Серьезно⁈ — вот это была по-настоящему хорошая новость.

— Да. Сложно получить такой перегруз и не вырасти в силе. Правда еще сложнее вообще остаться с даром. Но это уже дело десятое, верно? — подмигнул он мне. — Статистика упрямая штука, но пусть она тебя не волнует. Всё вроде как неплохо. Не то чтобы я это разглядел, но чутье специалиста говорит так.

Получается, шаманка Мин Юн видит больше родового мастера. Интересно. Ведь она могла и второй гойле видеть и не сказала.

Я вышел в гостиную. Мелкие, перебивая друг друга, что-то рассказывали Джи-А, она терпеливо кивала и украдкой мне улыбнулась. Безымяныш с кружкой чая блаженно покачивался в кресле. Он был очень задумчив. У парня никогда не было нормальной семьи, даже трудно представить, что сейчас происходит в его голове. Родители стояли в обнимку и шептались. Для полной идиллии не хватало только Аоки с Федькой, и Евы. Но последний пункт уже из области фантастики.