На Иванова уже было совершенно порядка десяти покушений. Власть для инопришеленцев хуже любого абсолюта. В хаосе им бы было куда комфортнее.

Но больше всего меня тревожило, что Такеши так нигде и не объявился.

* * *

День вторжения

— Расскажи мне про неё, — сказала Василиса, когда они сидели на веранде.

Такеши уже познакомился с её родителями и остался у них гостить. Такому человеку они бы не смогли отказать, учитывая репутацию его учителя. Лучше уж согласиться от греха подальше, чтобы потом не пришлось отлавливать дочь где-нибудь на чужбине.

— Ты уверена? Это не ранит тебя?

— Нет. Я же чувствую, это история любви. А истории я люблю, — меланхолично улыбнулась она.

В груди защемило то ли от воспоминаний, то ли от того, как его переполняли чувства.

— Ну хорошо. Она была похожа на ветер. Словно родная моей стихии, такая же переменчивая и порывистая. То теплый морской бриз, то тайфун. Глаза живые, словно в них поселилась вся радость мира. Она гуляла по фавелам, как ангел по кладбищу. Я… у меня не было шансов устоять, — он замялся. — Подожди, схожу за чаем. В горле пересыхает от волнения.

Рысева кивнула. И начала рисовать на листке образ обворожительной бразильянки. Она очень увлеклась, как-то само собой возникла на заднем фоне самаритянская церковь.

И тут дом содрогнулся, и карандаш скользнул, перечеркнув прелестный лик девушки.

«Что это?» — только и успела подумать Васька, когда окно лопнуло от нового толчка.

Она невольно вскочила, когда увидела, как на том конце усадьбы, странные люди в стальных масках клали на землю слуг, сцепляли им руки, а потом волокли.

— Р-р-р-р-р! — возникла зубастая пасть в проёме. Это походило на какие-то безумные фантазии Арса. Он любил её уговаривать написать про какое-нибудь Средиземье. Всё же мало он понимал в драматургии. Очевидно, что подобная история никогда бы не стала популярна.

Тварь, что осторожно щупала пальцем осколки в проеме напоминала одного из орков, только с сожженной до пузырей харей и острыми акульми зубами.

Неизвестный изловчился и заскочил щучкой в окно, не задев выбитое стекло.

Рысева взвизгнула и с испуга жахнула техникой. Веер бумажных лезвий нашинковал нападавшего на множество неравных частей.

Но тут в оконном проеме появилась морда кого-то похожего на волка, только раза в три больше. Дверь распахнулась, и сразу из проема ударила молния, испепеляя тварь.

— Уходим! — схватил её за руку Такеши, и в этот момент дом дрогнул. Пол накренился. И Василиса вцепилась в Такеши, ощутив, какое у него, оказывается, мускулистое тело. Жилище разрезало пополам.