Крайний повернулся на нее.

— Какой к чертям приплюснутый кнут?

Тут Рысева вспомнила детскую игру «глухой телефон», и поняла, насколько она жизненная.

Указала взглядом на кость с острыми зубами, что осталась от убитого пленителя. Мужчина скривился и отвернулся. Зато парень с другого края отозвался.

Он доконал крайнего с соседней группы, а тот с другой и один из них все же незаметно пнул кусок кости с зубами в сторону Василисы.

Она наступила на него, когда мимо прошел обычный часовой в маске. А потом обтерла штаниной от лишней крови и принялась тихо пилить кандалы. Даже не понять, что за материал, не то веревка с ребрами жесткости, не то пластик.

Девушка видела, что зубы тварей способны на многое, поэтому когда увидела царапины на кандалах не удивилась и дисциплинированно продолжила пилить, не забывая стрелять глазами по сторонам.

Время шло. Пальцы немели, приходилось их разминать. Со временем девушка натерла мозоли, это несмотря на то, что кость уже была обмотана лоскутом рубашки.

Затем заболели суставы, мышцы и связки, а после руки пришлось тоже замотать, потому что они стерлись в кровь. Она пилила и пилила, трясущимися руками.

По её ощущениям миновало часа четыре или пять, когда одна рука была освобождена. Дальше пошло легче, но руки уже сильно пострадали, поэтому вторую конечность она высвободила по внутренним расчётам часов через семь.

* * *

Такеши снова поймал конверт, и поднял облако пыли, скрыв всё вокруг. Но он чувствовал потоки воздуха, и точно знал, где кто находиться. Более того, иногда мог как бы пощупать препятствие воздухом и понять, человек перед ним или одни из тех уродов в масках.

Когда поднятая им завеса осела, он стоял одиннадцатым в цепочке пленников, зажав рот, крайнему, чтобы с перепугу шум не поднял.

Так перебираясь от группы к группе. Он двигался, никем не замеченный. Изредка, садился, доставал бумажный вестник и, придерживая его, смотрел, в какую сторону он рвётся.

Путь оказался долгим. Будто бы полдня шел. Наконец, конверт начал трепетать так, что его пришлось зажать, чтобы не выдать себя шуршанием.

Еще спустя полчаса он всё же увидел её. Со спутанными волосами, грязная, она все же не была похожа на всех вокруг. Никакого отчаяния в глазах. Оглядывается по сторонам, изредка замирает, и что-то трет. Не иначе техникой пытается перепилить кандалы соседа.

Такеши выпустил конверт, и он, низко стелясь по земле, коснулся руки хозяйки, растворившись.

Она вздрогнула и завертела головой, но потом одернула сама себя, закусила губу, чтобы не улыбаться и начала массировать мышцы на ногах.