— Господин Жибински. Вы уж точно мне не откажите в схватке.

— Как можно. Я прекрасно помню, что говорил тогда на пьяную голову. Раскаиваюсь, но готов сойтись на саблях. Жаль не на коне!

Жибински потомок казаков и панов. Пожалуй, единственный наёмник дворянин, которого я знаю. От заказа до заказа прогуливает всю сумму, а потом на новый контракт. И всё же вхож везде. Просто как поручик из анекдотов. Так что его отделаю без злобы. Хотя рука у Жибински иди Жибинского, шут его знает, но рука тяжелая, да и хват что надо. Видно, что сабелька как родная кружит.

— Ну давайте, ясновельможный пан.

— Эх! — шагнул он с замахом.

Не смог я его подловить. Добились до ничьей. Только вот у меня кисть разболелась от парирования.

Еще тройку болтунов я легко отделал по разным правилам. Народ развлёк, запомнился, чего еще надо.

На звон прибора по хрустальному бокалу я среагировал как собака на соседского кота.

— Дамы и господа, — привычно начал император. — В этот прекрасный день, я бы хотел сообщить вам важную новость. Ева, доченька подойди. Дело в том, уважаемые гости, что мы нашли нашей красавице отличного жениха. Арсений Благой!

Ну началось. Я натянул улыбку и пошел под «свет софитов».

— Благие… Две тысячи лет истории, — вдохновленно вещал император, а я с трудом сдерживался, чтобы не покачать головой. Где эти речи были раньше? — Больше десяти веков, ещё будучи Благовестевыми, они всегда являлись тайной опорой трона. Как медицинский клей помогали стянуться ранам на теле нашей страны, в какие бы передряги нас не бросала история.

Раздались испуганные аплодисменты. Да, пожалуй, это слово подходит лучше всего. А те, кому от меня сегодня достались и вовсе начали оборачиваться на выход, еще не понимая, что им повезло. Те до кого я сегодня не добрался попадут в вилку. Либо биться всерьез и ранить родича правителя, либо проиграть и потерять всякое уважение общества. Оба варианта так себе.

* * *

Умные учатся и на чужих ошибках, глупые не учатся даже на своих. Это было особенно ярко заметно по публикациям в СМИ, как они только не изгалялись, пока я отсыпался в тюрьме под за́мком, да и под замко́м. Хе-хе. А теперь вот не знали, что делать. Облили помоями зятя императора. Всё потерли, тиражи изъяли, но у меня-то всё сохранено в папочке, в файликах. Но редакторам морды бить не будешь. Во-первых, некоторые к этому привыкли, а во-вторых, многие и из этого раздуют новость.

Те средства массовой информации, кто сделал осторожные заметки я взял на карандаш, как людей с которыми можно работать, а вот одно издание, что не дало никаких оценок я вообще занёс в список тех, с кем необходимо подружиться. Умный и опасный там дядя всем рулит. С таким ухо востро держать надо.