— Ты тоже не слабак, — рефлекторно ответил я.

— И все из-за одной девчонки. Стоила она того? Сколько тебе хотя бы заплатили?

— Ты идиот! — прорычал я. — Она моя слуга. Мы связаны кровью.

— Чего?

Мыслей никаких не было. Идей тоже. У него же ограниченный запас энергии. Буду бить, пока один из нас не выдохнется.

Воспользовавшись замешательством, я шагнул вперед и приземлил смачный боковой. Тут же вставил колено. Двойка. Табурные когти в сердце. Я провернул технику в ране и отступил.

— Тебя меня не убить, — проговорил с уверенностью Павел и ударил в ответ.

Это было неожиданно. Простой правый прямой посадил меня на задницу. Ну да, чего еще было ждать от соотечественника. Восходящий удар ногой опрокинул на спину, заставив плеваться кровью.

Я перекатился от костяного меча и вскочил на ноги. Руки парня покрылись белыми лезвиями. Уже никаких размашистых техник. Есть все же где-то предел. Что ж, давай его нащупаем.

Я нырком ушел от двух колющих выпадов. Третий принял на щит и пробил ногой по печени. Снова уклон и двойка по блоку. Уворот, и когти по предплечьям. Доспех энергии опять спас урода.

Я разорвал дистанцию и вставил последний магазин к пистолету. Соловей уверенно шел вперед. «Глок» уже всерьез громыхал, глушитель оказался пробит. Пули врезались в невидимое поле и смятыми комками осыпались под ноги неуязвимому противнику.

Он снова выбросил щупальце, но я использовал вспышку и следом еще одну. Всё, моя батарейка почти села. Я закружился, обсыпая невидящего противника ударами на пределе скорости.

Отточенные комбинации переходили в серию бестолковых колотух. Я не выпускал выродка, не позволяя ему что-то выкинуть в ответ. И вот щит мигнул. Кулак влетел в зубы, вбивая их внутрь глотки. Но следующий выпад уже попал в защитное поле.

Руки окутались в табур. Один удар, второй, третий. НА!

Блок слетел.

Апперкот. Я прихватил его за затылок и принялся насыпать короткие тычки, а потом всадил колено в подбородок. Ублюдок упал, и я начал сминать его лицо, пока не запыхался и не упал, хрипя как загнанная лошадь. Болело вообще всё, даже мозг. Кулаки сбил до самых костей.

Картинка перед глазами темнела и вспыхивала снова. Я пополз к Безымянышу. Не могу отключиться, не проверив, жив ли он. У меня попросту нет на это право.

— Я же говорил, тебе меня не убить!

Услышав голос, я не поверил. Да этого же просто не может быть!

Я развернулся, не было сил даже встать. Из рук противника, нет, из ладоней врага, да, такое не может быть просто неприятелем, это враг, враг всего живого.

Из рук врага на пол спрыгнули перевитые лианы из мышц и нервов. Они поползли по полу и схватили за ботинки, немного подтащили и стали оплетаться вокруг ног.