Жилище было сложено из камня. Соломенная крыша аккуратно перетянута. Внутри всего три комнаты. Спальня, гостевая — она же кухня. И маленькая «женская комната», в старые времена там прихорашивали невесту или рожали.

Как только мы расположились, я тут же улегся отдыхать. Долгая дорога сказалась. А вот Джи-А показала чудеса стойкости, разбирала вещи и занималась ещё какой-то ерундой.

Сон не шел. Так что я слышал, как девушка укладывается. Я отлично умел имитировать сонное дыхание, так что лежал и слушал. Примерно через полчаса она всё же издала тихий всхлип, а потом ещё какое-то время выплакивала одной ей ведомое горе.

Что ж, хорошо. Будем знать. Она обычная женщина, а не робот. Тем проще. Тем понятнее.

* * *

Проснулся я от женского щебета. Прислушался. Милая светская беседа на корейском с переходом на местный диалект. Нихрена не понятно кроме некоторых отдельных японских и русских слов. В наречии Чеджудо их много, только произносятся они, конечно, совсем на другой манер. Тут вообще не язык, а солянка, и монгольские слова есть, и китайские.

Даже интересно, кто нас посетил с утра пораньше. Наверное, соседка решила наведаться и обломать все планы. Я хотел на пробежку по берегу, а теперь придется болтать не пойми с кем. Вот же. Надеюсь, она хотя бы красивая.

Умывшись на улице, вышел в гостиную. За низким столом уже была куча закусок. Надо бы сказать Джи-А, что суп, рис, кимчи, водоросли, какая-то сырая порезанная морская гадость, еще шевелящаяся, к слову, это не то, что я хочу есть на завтрак.

Гостья поклонилась, мне пришлось зеркалить. Я улыбнулся, надеюсь, правдоподобно.

— Чаги, кто эта прекрасная незнакомка?

Девушка была в нарядном легком ханбоке. С волосами, собранными в пучок. На руках имелось множество браслетов из натуральных материалов: дерево, косточки, жемчуг. Она оказалась чуть пухлее обычных кореянок, впрочем, это только придавало ей шарма.

— Это госпожа Хайон из клана… — тут помощница вопросительно посмотрела на гостью.

— Меня отпустили из клана еще в детстве, — с легкой улыбкой заявила она по-английски, наблюдая за реакцией.

Я хмыкнул, присел за стол, и мы начали трапезу.

— Я бы хотел узнать причину, — сказал я. — Если это, конечно, не чья-то тайна или не несет за собой тяжелый эмоциональный шлейф.

— Нет, что вы, — взмахнула из стороны в сторону палочками девушка. — Просто я ученица шаманки. На кого укажет перст хальман Сольмундэ, того отпускают с почестями. Если тебя выбрали, ты уже не можешь служить роду или клану, ты служишь всем жителям острова.

— Как интересно, — вполне искренне сказал я. — Так что же вас привело в наш дом?