Чтобы сегодня не потерять остатки разума, шатаясь с четырьмя молодыми женщинами по местным бутикам, Герман с радостью отдал свою карту, чтобы провести в спокойствие хотя бы пару часов в кафе.

— Прости, прости, — жена смущённого улыбнулась, быстро поцеловала его, подхватила подружек под руки, и они умотали с диким азартом в глазах.

По пути ухватив и утащив за собой ойкнувшую Марину, которая, вообще-то, намеревалась с Германом остаться, полопать пирожных.

За ними, стараясь не выделяться из покупателей ЦУМ-а, сразу ушли трое из группы физической охраны. А Герман присел за свободный столик на небольшой диванчик, потом «вычленил» взглядом четвёртого — старшего группы и приглашающе мотнул головой.

— Можно? — к столику подошёл Николай.

— Бросай кости, — разрешил тот. — Как у вас дела?

— Сторонних наблюдателей не зафиксировано, — начал тот доклад. — Каких-то странных личностей не обнаружили.

— Как разместились, как с материальным и денежным обеспечением? — заинтересовался Герман, а потом стал слушать Николая, внимательно отслеживая интересующую его информацию.

Не стоит экономить или обижать людей, которым поручено охранять жизни себя любимого и тех людей, за которых Герман нёс ответственность. То, что большинство людей даже не догадывалось о своеобразном, самоназначенном благодетеле — ему было наплевать. В данном случае он проводил в жизнь фразу: «Захватить мир, не привлекая внимания санитаров».

Поэтому к материальному обеспечению своих людей Герман относился со всей серьезностью, чтобы его люди получали достойные зарплаты, имели хорошие условия труда и были довольны. Прекрасно понимая, что для всех хорошеньким не будешь, но для большинства — очень даже.

— Ну хорошо, — он остался доволен тем, что рассказал ему Николай. — Можешь продолжать свою работу, хе-хе, — он с улыбкой посмотрел на немного вытянувшееся лицо Николая, прекрасно понявшего, что ближайшие пару часов ему придётся таскаться от бутика до бутика по всему ЦУМ-у.

— Хорошо, тогда я пошёл, — «эсбешник» встал и направился на свою «Голгофу».

— Ну ты попал, — злорадно ухмыльнулся Герман, с наслаждением думая о том, что он-то, будет сидеть здесь в блаженстве «ничегонеделания» — попивать кофе или чай.

— Герман, ты не мог бы?..

— … Сами, всё сами, — отрезал он, подняв со стола зазвеневший телефон и ответив на входящий звонок. — Без меня, — всего час ему дали посидеть спокойно, а потом началось.

— Ты противный, — возмутилась Настя и бросила трубку.

— Ха! Зато умный, — принял от официантки очередную чашечку кофе Герман и с удовольствием продолжил «заниматься» отдыхом.