Самое сложное — это полет. Ходящий по земле не сможет меня понять. Прыгавшие с парашютом — тоже. Каким-то образом полет двигал как всё тело в нужную сторону, так и отдельные части. Без опоры на землю, с легко смещающимся центром тяжести — в общем, большая часть моих тренировок была связана именно с этим навыком, слишком уж он обширным в применение оказался и сложным в освоение.

Жаль, что всё это ограничено моими представлениями и опытом. Можно сколько угодно тренировать навык, но когда ты делаешь это сам… Я понимал, что с учителем это было бы в разы быстрее. А с талантливым учителем — в сотни раз. Я же по факту самоучка, который ещё недавно был глупым школьником. Да и то, что «был», а не остался — под вопросом.

На истязания себя меня толкало чувство злости. Оно внезапно нахлынуло. Я вспоминал, как нас в тюрьму посадили, как на отца напали, как родные погибли, как меня на алтарь положили Азуры. Из этого следовал один простой вывод, что не давал покоя. Есть те, кто сильнее. Намного сильнее. Не смотря на тренировки, я так и не добрался вершины. Хотя, если честно себе признаться, думал, что нахожусь если не на самом Олимпе, то где-то около. А получается, что я чуть ли не внизу. Окей, пусть будет в середине, но до верха ещё далеко.

Дрался я в эти дни ожесточенно. Если раньше как-то сдерживал себя, жалел и берег, то в этот раз нет. Нашел монстров уровнем повыше и устроил им массовый геноцид, пробиваясь к цели.

Туман и шпили скал сменились горами, что поднимались наверх. Я начал восхождение. С каждой сотней метров уровни врагов прибавлялись, скорость продвижения замедлялась и становилось холоднее. Я смотрел наверх, на белые вершины и думал, где же конец, когда он будет. Но конец меня игнорировал.

* * *

Я добрался до горного хребта, перелетел через него и рухнул прямо в сугроб. Вжух, под ногами проседает пласт заледеневшей кромки, и я в последнюю секунду успеваю зависнуть в воздухе. Рывок до ближайшей скалы, зацепиться и осмотреться. Чертов снег. Я так раз провалился метров на пять вниз, задолбался потом выбираться.

Восьмой день подходил к концу. Надежда, что выход где-то поблизости давно угасла. По всей видимости, я свернул куда-то не туда и заблудился. Пугающая ситуация. Я неизвестно где, вокруг снег, горы и сотни километров чужого мира. Ощущаю себя робинзоном, брошенным на необитаемом острове. Единственная отдушина, утешающая в этой непростой обстановке — еды хватает. Полно тварей с физическим телом. Не все из них вкусные, но куда деваться. Да и снег легко в воду превратить. Что касается тепла — броня спасала от холода. Я мог спать в снегу и мне за это ничего не было. Разве что надо следить, чтобы броня не спадала. Заметил, что при сильном холоде время действия сокращается. Хватает на два-три часа вместо заявленных шести.