Глава 13 Воссоединение
В детстве я как-то видел, как мать, да и сестра тоже, смотрели любовные фильмы и сериалы. Никогда не понимал вот этих вот странных поворотов, когда откуда не возьмись, появляются родственники, братья близнецы и большие любови с большой буквы б. Мне всегда это казалось показухой. А сейчас я чувствовал себя полностью разбитым, растерянным и не знающим, что делать. Исчез маг ветра, исчез молодой мужчина, что прошел через десятки сражений и видел реки крови. Явился маленький мальчик, что встретил внезапно отца, который бросил его в детстве.
Вокруг повисла звенящая тишина. Та тишина, которая полна напряжения, неловкости и черт знает какого ещё эмоционального буйства. Если бы кто-то меня спросил, что я в тот момент чувствую, я бы никогда не смог ответить.
Тишину разбил… Отец.
— Сын, это правда ты⁈ Но что ты здесь делаешь⁈ Ты что, искатель⁈
Мужик, который до этого выглядел спокойным и даже немного суровым, совсем забыл, ради чего мы здесь собрались, подошел ко мне и стал ощупывать. Словно не верил, что это я.
— Да, искатель, — не нашелся, что сказать кроме этого.
— Глазам своим не верю. Какого хрена⁈ Это же риск! Как твоя мать это допустила? — удивление сменило возмущение, а следом и негодование.
— Она мертва.
— Что⁈
Эмоции схлынули, стекли с лица мужчины. Взгляд закаменел.
— А… Дочь?
— Тоже мертва. Они обе погибли.
Я никогда не думал, что увижу слезы отца. Вообще не думал, что увижу его. Думал, что он нас давно бросил и забыл, но почему… Почему по лицу этого сурового человека текут слезы?
— Как? — выдавил он из себя единственное слово.
Раздалось покашливание. Не знаю, кто из присутствующих это сделал, но отец мгновенно подобрался, выпрямился и сказал.
— Прошу прощения. Нам надо поговорить. Отойдем?
— Да, конечно, — не стал я отнекиваться.
— Марк, — повернулся отец к одному из своих людей, — Проведи их к грани и дай полный доступ. Я позже подойду.
Отец пошел в сторону, я за ним. Прошли через поле, по тропинке, там спустились с холма, через маленький лесок, за ним был виноградник, а дальше виднелся дом. Но до него не добрались. Отец остановился, повернулся резко и попросил рассказать. Я рассказал. Вспоминать больно, но нашел в себе силы, чтобы сделать это.
Неожиданного для самого себя из меня полилось. Я рассказал про мать и сестру, что с ними случилось, как оказался один, сломленный. Как уцепился за искательские возможности, как охотился вместе с другом, как он погиб. Отец слушал внимательно, кивал и не перебивал. Я говорил и говорил, но какая-то часть моего сознания отслеживала его реакцию. Видел в глазах боль, как он морщится, как текут скупые слезы. Разве ему не всё равно?