— Я увидел Саню. Сначала было чувство вины, мысли о смерти, потом гнев, я был готов наброситься на тебя. Прости.

— Ничего страшного, Эрнест. Это просто такое место. Ты сможешь там дальше пройти или отступим?

Я посмотрел в серьезные глаза женщины. Она и правда готова отступить. Но от плана своего не откажется. Просто позовет кого-то другого, вот и всё.

— Мне нужно пять минут на медитацию, чтобы прийти в себя и разобраться в чувствах. Потом буду готов. Подождете?

— Конечно.

— Хорошо. Просьба не отвлекать.

Я уселся по-турецки, скрестил ноги и сделал вид, что медитирую. А сам активировал моделирование. Пять минут — это семь с половиной часов тренировок. Я задал условия, когда меня постоянно атаковали эмоционально и психологически. Тренировка вышла жесткой. Прелесть моделирования в том, что при желании оно выдает максимальное количество возможных ситуаций и не церемонится с тобой. Учитывая, что в этом участвовало моё бессознательное, то доступ ко всем страхам и внутренним конфликтам у навыка был.

Самым тяжелым было, когда твари превращались в сестру. Живую, мертвую, плачущую, умирающую… Наносить удары по ней было особенно тяжело. Я собирался с духом где-то полчаса, переступил через себя. Понимание, что это симуляция, попытка меня обмануть не облегчали задачу.

Сестра, мать, знакомые мне люди, лидер, Герман, сама Марта, Иван, Алиса. Я убивал всех, кого знаю. Кажется, в тот момент во мне что-то надломилось.

Что-то умерло во мне.

Но в то же время родилось.

Ушла внутренняя слабость. Родилась внутренняя жесткость. Я отчетливо прочувствовал, что есть жесткое разделение между своими и чужими. Иногда чужие претворяются своими, и нет им за это прощения. Поэтому после шестого часа я превратился в машину смерти для вражеских духов, что пытались вытащить из меня эмоции.

Я учился себя контролировать. Обратиться в близкого человека — это один уровень влияния, цель которого, как я заметил, пробудить эмоции. Дальше шла атака по этим чувства. Это как подлить бензина в огонь. Я мог разрыдаться, мог разозлиться или до ужаса испугаться, а в следующий миг бороться с апатией и нежеланием жить. Это чем-то напоминало те тренировки, которые мы ранее устраивали с Мартой. Она внедряли мысли, я пытался отделить, где чужое вмешательство, а где я сам. Только монстры действовали гораздо грубее. Поэтому отчасти было проще научиться справляться с ними.

— Я всё, — сказал, как вышел из пятого моделирования.

— Эрнест, с тобой точно всё в порядке? — настороженно спросила Марта.

Тут я осознал, что у меня мокрые глаза и щеки. Я плакал? Вот черт. Эмоциональные реакции проявились вне моделирования.