Помимо ящеров, на стороне Фаллахир сражались лахры и летающие обезьяны. Последние, окружив стаей одну из пиратских лодок, пролетающую рядом с нами, с восторженными визгами резали нападавшим глотки. Мешая стрелкам и метателям бомб. Набрасываясь на них толпой, со всех сторон. Пока парочка особо дурных особей не притащила ранцевый заряд, подорвав и лодку, и себя, и ещё с десяток сородичей, что вовсе не расстроило оставшихся в живых. Безумные летающие мартышки, радостно галдя, заметно поредевшей стаей устремились к следующей цели.
Проявил себя и одарённый духом из рода Фаллахир, что ехал вместе с нами. О чьём присутствии я до этого момента не знал. Призвав пятиметровую кровавую лягушку, которая начала создавать полчища жутко кусачих крылатых муравьёв, ядовитых комаров и самовзрывающихся кислотных мух. Её кожа без перерыва пропускала через себя нескончаемые потоки крови, из которых формировалась вся эта армия насекомых. Плотным ковром облепив одного из пиратов, хищная живая туча муравьёв за минуту обглодала его до костей. Пролезая в любые щели, прогрызая себе путь сквозь одежду и плоть. От укусов комаров, которых также выпускала лягушка, пираты желтели на глазах, в муках падая на землю. Катаясь в агонии до тех пор, пока не затихали навсегда. От того, на что был способен родовой дух химерологов, в дрожь бросало не только пиратов, но и меня. Вызывая тошноту и отвращение. Не хотел бы я стать их врагом.
Однако, нельзя сказать, что бой вышел односторонним. В нашу пользу. У пиратов имелись свои сильные стороны. Беззащитными овечками их точно не назовёшь. В противовес кровавой лягушке было призвано сразу несколько вражеских духов. Из-за заполнившей воздух пыли смог разглядеть только огненную длиннохвостую птицу, что взмахами крыльев выпускала огромные волны испепеляющего пламени. Быстро расчистившую небо от туч насекомых. Гигантским прыжком уйдя из-под огненного удара, чтобы не превратиться в жаркое, лягушка увела разбушевавшихся духов за собой, в темноту. Подальше от нас.
Сражение разбилось на три отдельных потока. Духи разбирались между собой, одарённые друг с другом, обычные бойцы сцепились с равными им противниками. Мелькая в пылевом облаке подобно призракам или неясным теням. То появляясь, то пропадая из видимости. То собираясь в группы, то вновь разбегаясь. Постоянно перемещаясь, старясь не приближаться к источникам света, чтобы не стать удобной мишенью для стрелков или вражеских заклинателей стихий. Из-за этого становилось непонятно, кто где находится и с кем сражается. Куда нам идти.