— Ну, батя, ты меня удивил! — Виктор засиял от радости. — А я ведь посчитал, что ты испугался какого-то щенка.

— Всё, оставь меня, — отмахнулся Павел Иванович, сдерживаясь от улыбки. Приятно, когда сыновья восхищаются своим отцом. Но Витьку нужно было проучить, как бы не болело сердце от происходящего с ним. Дождавшись, когда парень покинет кабинет, воодушевлённый словами Главы, князь Лукомский задумался.

А в самом деле, какое наказание придумать для зарвавшегося в своей безнаказанности мальчишки? В Москве живёт предполагаемый антимаг и кошмарит дворян. Пока выборочно. Но где гарантия, что Мстиславские не начнут использовать жуткое живое оружие против одарённых, не согласных с политикой ведущего клана России? Правильно, никакой гарантии нет.

Ликвидировать антимага, связанного с императорской семьёй чревато репрессиями. Полетит много голов. Все, кто хоть косвенно будет заподозрен в сговоре, однозначно пойдут на плаху. Поэтому нужно найти единомышленников, распределить между ними роли и только потом взяться за Мамонова. И сделать это так, чтобы ни один кончик ниточки не привёл к столичным аристократам. Лучше, если грязное дело сделают наёмники, желательно иностранные.

Лукомский не бравировал словами, когда обещал сыну полную поддержку в наказании молодого Мамонова. Но для начала нужно поговорить со знающими людьми, выяснить всю подноготную мальчишки. Князь был уверен: что-то накопать удастся. Неотвратимость наказания — главный принцип равновесия в высшем обществе, где все готовы сожрать друг друга. Но вот каким оно будет в отношении Андрея Мамонова, предстоит узнать. Ничего, Лукомским спешить некуда. Пусть блюдо мести остынет, и тогда можно наносить удар.

3

Полигон, на который я приехал в рамках подготовки боевого слаживания, довольно сильно изменился с того самого раза, когда мне удалось побывать здесь вместе с «арбалетчиками». Тогда я тренировался с группой Кондора, и, насколько помню, таких строений здесь не было. Сейчас вместо бетонных коробок, изображавших жилые здания, на огромном пространстве раскинулись какие-то странные одноэтажные домики из фанеры. Причём, стояли они не хаотично, а в особом порядке. Лишь позже меня осенила догадка, что это макет определённого армейского подразделения. Больно уж длинные бараки и разные домики походили на казармы и хозяйственные постройки. Был даже ангар, под крышей которого находился самый настоящий макет вертолёта.

Догадку подтвердили фотографии, которые нам показал на оперативной планёрке какой-то офицер с погонами полковника. Судя по шеврону на рукаве, на котором был изображён тонкий кинжал, обвитый шипастой розой, полковник состоял в боевой пилотажной группе «Стилет». Да и мои напарники — Арбуз, Гусь и Вареник — внимали ему с таким видом, будто перед ними выступал великий гуру военного искусства.