— Неплохо вздремнул, — буркнул император, нажимая на боковую кнопку прибора, гася экран. Сигнал отключения ушёл в операторскую, и дежурный сейчас отметит, что Его Величество принял во внимание оповещение.

Без спешки надел туфли и направился в кабинет. Похлопал себя по щекам, приходя в рабочее состояние. Сел за стол и некоторое время смотрел на целый ряд телефонов, торчавших молчаливыми прямоугольниками в нишах баз. Потом решительно протянул руку к крайней слева трубке. Нажал на нужную ему кнопку. Тут же послышался бодрый голос:

— Оперативный отдел Генштаба, дежурный — полковник Захарченко!

— Доложите обстановку по «Скандинавскому экспрессу», — потребовал император.

Какое-то время он внимательно слушал доклад оперативного дежурного, не перебивая. То и дело пальцы бесшумно выбивали замысловатую дробь по поверхности стола, брови сошлись к переносице. Задав несколько уточняющих вопросов, Мстиславский облегчённо откинулся на спинку кресла.

— Держите меня в курсе происходящего, — произнёс он стандартную фразу. — Как только поезд пересечёт границу, ещё раз оцените нанесённый ущерб и предоставьте полную картину, что там произошло.

И, не дожидаясь ответа дежурного, поставил телефон на базу. Пальцы снова застучали по столу, только гораздо энергичнее. Крейсер с внучкой и её свитой на борту вышел в открытое море за несколько часов до прибытия «Скандинавского экспресса» в Або, и сейчас уже должен был встретиться с русским конвоем в нейтральных водах. Значит, утром должна поступить информация из Усть-Луги. Там детей ожидает самолёт, который сразу же доставит их в Москву. Княжич Мамонов приедет гораздо позже, но это не страшно. Самое главное, что с ним ничего страшного не случилось. Перенапряжение, магический откат (или антимагический? Как будет правильно, кстати?) — молодому организму много не нужно, чтобы сорваться в штопор. Вполне может статься, что не так всё и плохо. Медики могли перестраховаться и сгустить краски.

Рука потянулась к следующему телефону. В нём был только один номер, с которым император имел постоянную связь. Впрочем, как и с другими министрами.

— Анатолий Евгеньевич? — услышав сухой голос министра МПС, Мстиславский усмехнулся, представляя, какие эпитеты сейчас вертятся на языке князя Буремского, поднятого с постели. — Прошу меня простить за беспокойство, но мне кажется, сегодня рабочий день начнётся на пару-тройку часов раньше. Я по поводу «Скандинавского экспресса». У вас в Выборге найдутся резервные «гербовые» вагоны? Есть? Очень хорошо. Нужно будет заменить те, что сейчас находятся в составе. Дайте необходимые распоряжения… Да ничего страшного не произошло, князь. И с вашим сыном всё в порядке… Через несколько часов он будет дома. А насчёт моего распоряжения… Просто парочке вагонов потребуется капитальный ремонт, а то и вовсе придётся на переплавку отправить. Надеюсь, что ваши подчинённые отработают оперативно. О выполнении доложите на совещании. Всего хорошего, Анатолий Евгеньевич.