Подобная стратегия упирается в пресловутый императорский закон. Сейчас мальчик считает себя сиротой, живущим без ласки в чужой семье. И так будет еще четыре года.

Самый главный вопрос продолжал грызть княгиню. Что же такого увидели Булгаковы в Андрейке? Неужели у него замерцалаискра , насыщая физическое тело магической силой? Наблюдая за сыном во время соревнований экзоскелетов, женщина воочию увидела весьма странные и не укладывающиеся в логику происходящего способности, которые легко принять за Дар. Хотелось так думать. Но как? Как возродилась искра? И хитрец Булгаков ничего не сказал, не намекнул на данное обстоятельство. Да и зачем ему намекать? Ясно одно: каким-то образом одаренность вернулась к сыну, а Булгаковы не могут определить его ведущую Стихию, упираясь в нечто оригинальное и неразрешимое.

Черт с ними, Булгаковыми, отмахнулась от этой мысли Аксинья. Главная опасность сейчас исходит от Мамоновых. Допустим, что Георгию удастся отстоять право на усыновление, и он заберет Андрея в Ленск. Сможет ли защитить его от родственников? Как те отреагируют на возрождение Дара у того, кого хотели уничтожить? И как тогда поступить ей? Бежать следом за мужем с воплями и проклятиями или вернуться к нему, чтобы не упускать сына из виду?

Ее размышления казались зыбкими и нелогичными, упираясь, в первую очередь, в императорский указ. Ни Жора, ни она сейчас не отстоят право на родство. Только Булгаковы на данный момент смогут обеспечить его воспитание и обучение, кроме надежной финансовой поддержки. Разве что небольшой счет на повседневные расходы. Только Мамоновы могут позволить себе поставить крепко на ноги своего родственника. Ни Гусаровы, ни Булгаковы.

Поэтому Жора пойдет до конца как гигантский зверь. Недаром фамилия его созвучна с именем мамонта. Он и в жизни такой: мощный, грозный, не ведающий препятствий.

Не хотела себе признаваться Аксинья, что ее боязнь за ребенка базируется на давних страхах и недоверии к роду Мамоновых. Да и замуж за Егоршу выходила с одной целью: оторвать его от семьи, от Старейшины. Георгий уже тогда был финансово независим, вел свои дела с блеском, обрастая нужными связями. И если бы захотел, мог создать младшую ветвь и жить самостоятельно. Однако предпочел Семью, доверяя первым женам.

Нет, отрезанный ломоть не вернуть на место. Не простит Аксинья того случая. Андрей — единственное, что осталось в ее непутевой жизни. Не разведена, а без мужа. Сын под опекой чужих людей. Впору в петлю лезть.

— Аксинья Федоровна, с вами все в порядке? — осторожно поинтересовался сидящий рядом Савелий — один из опытных бойцов. Средний брат Матвей по просьбе отца выделил своих людей для сопровождения.