— Их забрал мужчина в дубленке, — Нина вздохнула. — Плакали наши телефоны.

Я не стал обнадеживать Захарьиных. Если «похитители» и в самом деле из спецслужб, то мобильники чудесным образом вернутся к их хозяевам. Только при одном условии, что остались целыми после моего дикого выплеска энергии. Подозреваю, там не только Источник погас, но и свод подвала треснул.

О здоровье похитителей, оставшихся лежать на лестнице, я не переживал. Им еще перед начальством отчитываться, как они могли провалить свою операцию. Никакой жалости к тем, кто использовал меня в качестве палача. Пусть я убивал не людей, но Источник — такое же живое существо. Недаром родовая Стихия просилась ко мне, чтобы сберечь саму себя и отдать всю Силу, накопленную годами с помощью крови Ушатых. Этот крик боли и отчаяния до сих пор в голове звенит. Я прислушался к себе. Чужая и чуждая магия никак себя не проявляла, но она точно была во мне, затаившись где-то в глубине ядра. Антимагия крепко держала ее, не давая особо вольничать, и я точно знал, что никакого вреда от подобного соседства не будет.

«Не ее ли мощь обрушилась на чужаков? — задал я сам себе вопрос, вспоминая, насколько была сильной атака. — Значит, я могу комбинировать все свои умения и преобразовывать их в необычайные формы нападения? Антимагия защитит меня от одаренных, а ментальная сила позволит побеждать. Хорошо, если так».

Никанор с подсказок Даньки довез Захарьиных до их дома. Когда «Фаэтон» остановился возле ворот одноэтажного, построенного буквой «п» особняка, к нам навстречу выдвинулась целая группа вооруженных людей. Охрана тут же окружила потрепанных сегодняшним приключением близнецов и увела в дом. Один из оставшихся бойцов обратился ко мне, не обращая внимания на Никанора, Якима и Влада, маячивших за моей спиной:

— Василий Романович убедительно просил вас зайти в дом.

— Оставайтесь на месте, — приказал я парням, видя, что Куан спокойно продолжает сидеть в машине. Значит, уверен в моей безопасности, иначе бы давно растворился в ночи оборотнем и уже прятался бы в усадьбе, отслеживая каждый шаг.

Я вошел в обширную парадную в тот момент, когда многочисленная родня Захарьиных обнимали уставших и растерянных Даньку и Нину. Увидев меня, от толпы отделился невысокий осанистый мужчина в домашнем костюме. Сразу стало ясно, на кого похожи близнецы. Черты лица Василия Романовича скрывали щегольские усы и аккуратная бородка, но сходство было поразительным.

— Андрей Георгиевич! — он первым подал руку и крепко сжал мою. — Я обязан вам спасением моих детей. Примите мою искреннюю благодарность, и знайте, что можете в любой момент потребовать долг жизни от меня и нашего рода.