— Вопрос неправильный. Как ты сам отнесешься к подобному мезальянсу?

— Отрицательно, и ты прекрасно об этом знаешь.

— Ну, вот и ответ. Впрочем, вариант со второй женой тоже продумай. Лично мы не против. Но старшей останется Лида. А насчет альянса… Я знаю, что ты не тот человек, который сходу отвергает предложение, даже невыгодное. И поэтому не торопил тебя, давал созреть.

— Альянс создаст дисбаланс среди кланов.

— А вот это уже нюансы, которые нужно тщательно обсудить. Но не думаю, что все настолько плохо. Будут недовольные, будут попытки подняться на нас войной или ликвидировать Глав Родов — то бишь нас с тобой, Жора. Впрочем… — Мстиславский поднял руки с открытыми ладонями, — я не давлю на тебя. Если есть причины не принимать наше предложение, мы тебя поймем. И забудем разговор про альянс.

— Сначала я хочу наказать капитана Трегубова. Есть подозрение, что он действовал по чьему-то наущению, — твердо произнес Георгий.

Отец и сын Мстиславские снова переглянулись, как будто решали, кто скажет решающее слово. Император вздохнул:

— К Иртеньеву все равно загляни и обоснуй свое право. Он не любит, когда в его хозяйство лезут с требованиями подобного рода. Сам знаешь, братство плаща, кинжала и яда… Если начнут боевых офицеров кошмарить из-за таких ситуаций, авторитет воеводы упадет. А насчет Трегубова уже провели следствие по-тихому. Нет там следа к Ушатым или Шуйским.

— Или он очень тщательно спрятан, — не унимался Георгий.

— Ну, хорошо… Как ты собрался наказывать капитана? — император вздохнул, поняв безнадежность своих уговоров. Георгий всегда отличался упертостью, куда большей, чем у него самого.

— Пальцы на обеих руках сломаю, чтобы впредь думал, как такие провокации устраивать.

— Так сломай их Иртеньеву, — равнодушно ответил Иван Андреевич. — Волкодав исполнял его приказ. Твой сынок уже влегкую его руку переломил, кстати.

— Обижу воеводу — обижу тебя, — недовольно пошевелился Георгий, чувствуя накатывающееся раздражение. Хотелось есть, а коньяк на голодный желудок только распалил пищевод. Новость про сломанную руку Трегубова была неожиданной и приятной.

— Понимаешь, — улыбнулся старший Мстиславский и сделал знак сыну, который тотчас же поднялся на ноги. — Ладно, поговорили-то хорошо, перспективы наметили. Дело за тобой, Жора. Подумай, поразмысли. Кстати, помоги Андрею с обустройством усадьбы. Парнишка неопытный, от свалившегося на голову подарка может дел всяких наворотить.

— Не сомневайтесь, Ваше Величество, — пробурчал Георгий, провожая гостей до дверей. — Сегодня же займусь. Там штат обслуги один чего стоит.