— Не ищи заговора там, где его нет, князь, — твердо произнес Иртеньев, внутренне холодея от собственной глупости. Именно в этом направлении он не дал приказа копать, обойдясь служебным расследованием. Да и не было повода. Капитан не жил на широкую ногу, даже изредка жаловался, что помощь родственникам жены сжирает его доходы.

— Я хочу поговорить с Трегубовым, — потребовал Мамонов.

— Не могу позволить, Георгий Яковлевич! И так с этим случаем нехороший шум поднялся, опытный специалист сидит дома, я не могу планировать операции! А если ты убьешь человека в пылу мести?

— Постараюсь оставить его живым.

— И ты говоришь это с таким спокойствием? — изумился воевода. — Князь, я готов выплатить виру за твоего сына, и на этом будем считать инцидент исчерпанным.

— Николай Юрьевич, а ты знал, что император именно на такой вариант рассчитывал? — нехорошо улыбнулся Георгий. — Не жаль своих пальцев?

— При чем здесь мои пальцы? — изумился Иртеньев, лихорадочно готовясь к бою. Его защита стала проявляться в виде едва заметных серебристо-голубых молний.

— При том, что мне позволено их тебе сломать, — князь продолжал улыбаться, разглядывая магический доспех воеводы, словно прикидывал, в какую точку нанести удар.

Между двумя крепкими мужчинами возникло магическое поле, взвихряя воздух и опасно расширяясь по кабинету.

— Господи, что за чушь, князь, — капля пота скатилась по щеке Иртеньева. — Ты всерьез хочешь покалечить меня, Георгий? Смысл?

— Никакого смысла, Коля, всего лишь справедливая плата за оскорбление, — кивнул Мамонов, формируя щит и одновременно с ним ударную магоформу. — Поэтому дай мне возможность встретиться с Трегубовым. Не верю я в такое удивительное совпадение, где пересеклись мой сын, волкодав и его оружие с боевыми патронами.

— Моя вира не устраивает? — воевода благоразумно «выключился», понимая, что может пострадать не только он и его кабинет, но и большое количество гражданских служащих, сидящих в других комнатах.

— В таком раскладе — нет, Коля, — покачал головой Георгий. — У меня будет требование: проведи финансовое расследование счетов Трегубова с допуском моих спецов. Если твой капитан действительно чист с этой стороны, я, так и быть, возьму с тебя легкую виру, как с отличного начальника, горой стоящего за своих подчиненных.

— Не иронизируй, князь, — устало шевельнулся Иртеньев. — Я допущу твоих аудиторов, но под служебную подписку о неразглашении. Сам понимаешь, рисковать я не могу.

— Принято, — расслабился и Георгий. — Я всегда знал, что ты умный и хитрый человек. Даже сейчас пытаешься строить комбинации. Но я согласен на это условие. Надеюсь, твои люди преданы только государю, и не играют на стороне.