Магия родственной стихии пожирала сама себя, а вот от ударов «земных» конструктов цесаревичу приходилось защищаться не только прыжками с места на место, но и следить, чтобы не быть нанизанным на каменные пики, вылетавшие в самых неожиданных местах. Все было серьезно, император не делал поблажек своему наследнику, методично и жестко заставляя того принять поражение или как можно быстрее найти противодействие.

Юрий Иванович, к его чести, не ушел в глухую защиту, а попробовал атаковать магоформами в виде молний, только огненными, не несущими в себе стихию Воздуха. Они обрушились на императора сверху, молотя без остановки почти минуту. Старший Мстиславский был вынужден отвлечься на досадную помеху, потому что ощущал свою победу. И все же, напрягшись, ему удалось создать вокруг сына непроницаемую стену, которая и смогла предопределить исход боя.

Перепрыгивая через расколы мерзлой земли и ямы, Иван Андреевич подошел к стене и насмешливо спросил:

— Признаешь поражение?

— Да, Ваше Величество, — донесся до него глухой голос сына.

— А не обманываешь? — решил подурачиться император.

— Зуб даю, — раздалось в ответ.

Они оба рассмеялись, и старший Мстиславский шлепнул ладонью по шершавому камню, после чего вся конструкция аккуратно осыпалась мелким щебнем под ноги цесаревичу, с гордым видом стоявшего со скрещенными на груди руками.

— Хорошо прыгал, аки заяц по поляне, — хмыкнул отец. — Наверное, всю энергию вложил, чтобы не провалиться под землю?

— Ну да, — чуть смущенно признался Юрий Иванович. — Каюсь, не просчитал твою тактику до конца. Думал, был расчет на быстроту и внезапность, а ты начал изматывать боем.

— Тактику иногда надо менять, чтобы не привыкли, — равнодушно откликнулся отец, направляясь в сторону одноэтажных строений, где их ждала банька и обед. Начальник полигона в камуфляжной полевой куртке с погонами майора уже вовсю суетился там, подгоняя работников, наводивших последние штрихи в предбаннике и в самой парилке.

Скинув защитные комбинезоны, прожженные и порванные в разных местах — цесаревич отметил, что отцу тоже досталось изрядно — они прошли в жаркое и сухое помещение, где полностью отдались власти пара и веника, периодически ныряя в круглую купальню с холодной водой, что находилась за дверью с противоположной стороны.

После бани обязательно побаловавшись кваском, Мстиславские по коридору, соединявшему предбанник с гостиничным комплексом, построенным в старорусском стиле, прошли в большой зал. Там их уже ждал накрытый стол с легкими закусками.

При появлении императора с кресла поднялся князь Елецкий.