— Певица? — голос Федора внезапно сел. — А имя ее не знаешь?

— Нет, не знаю, — покачал головой Воскобойников.

— Ну и гад же он! — вырвалось у парня, сообразившего, о ком идет речь. — Из-за него чуть на каторгу не угодил, а теперь еще и бабу мою увести решил!

— Ты про Анжелу, что ли? — удивился Архип. — Окстись, братец! Какая она тебе баба? Да еще с какого-то перепугу решил, что твоя! Дворянка самая настоящая, не тебя ровня. До сих пор успокоиться не можешь?

Альберт с интересом посмотрел на распалившегося Федора и незаметно кивнул Митяю, чтобы наполнил рюмки.

— Не думал, что подобные треугольники существуют, да еще такие страстные! — губы Воскобойникова тронула улыбка.

— Какой треугольник? — не сразу понял Ефимов.

— Любовный. Княжич, молодая дворянка-певичка и купчик.

— Ты говори, да не заговаривайся! — набычился парень. Сжав кулаки, он с угрожающим стуком положил их на стол. Вилки и тарелки подпрыгнули на месте. — Могу и приложить!

— Успокойся, Федор, — Альберт резко изменил интонацию. Теперь его голос звучал отрывисто и сухо, подобно щелчку кнута. — Мне плевать на ваши романтические отношения. Сами разберетесь. Я сюда пришел не водкой наливаться, а о деле говорить. Значит, так. Нужно в кратчайший срок разобраться с усадьбой Лифантьева. Сделать так, чтобы этот Мамонов сам продал землю, и причем, задешево.

— А с чего ты взял, что я буду помогать тебе? — выпитое стало сказываться на Федоре. Взгляд немного поплыл, речь стала растянутой. — Такой же купеческий сынок, как и все мы здесь. Назови хотя бы одну причину…

Воскобойников, сузил глаза.

— Из-за мальчишки ты попал в руки ГСБ. Этого мало? Сам только что скулил насчет бабы. Не хочешь поквитаться, вернуть ее себе? Сама судьба тебе хорошую карту подкинула, надо только правильно разыграть.

— Федька, не вздумай влезать в это дерьмо! — предостерегающе воскликнул Костя. — Мы только-только с властью краями разошлись!

— Малой, тебя здесь не спрашивают, — Кубинец оживился. — Брат сам решит.

— Я знаю, что ты увлекаешься боями, посещаешь тренажерный зал, — спокойно обратился Альберт к играющему желваками Федору. — Мне нужны крепкие бойцы, имеющие опыт «свалок». И ты, как никто другой, можешь уговорить их на плевое, в общем-то, дело. Разнести к чертовой бабушке мастерскую, поджечь дом. Княжич должен убедиться, что здесь ему не рады.

— На криминал толкаешь?

— Как будто ты им не занимался? — Альберт рассмеялся. — Незаконные «свалки» ведь тоже в своем роде криминал, только в легкой форме. За браслеты я уже не говорю. Это не каторга, а смертная казнь. Чего взъерошился? Знаю я, за что вас повязали на самом деле. Применение блокиратора против одаренного высокородного, так? Ну вот, а то строишь из себя невинную деву. Я же тебе предлагаю по-мужски разобраться со своим соперником. Заодно и перед певичкой своей авторитет повысишь. А то, небось, смеется над тобой.