— Конечно, — Оболенский изящным движением пальцев выудил из кармашка пиджака плотный прямоугольник серебристо-золотого цвета, на одной стороне которого был оттиснут родовой герб, а на другой — телефоны князя. Не вставая, протянул девушке, благо, расстояние между креслами было небольшим. — Звоните по тому, который последний в списке.

— У вас на каждый случай разные телефоны?

— Они почти все рабочие. Бизнес, — развёл руками князь Владимир Артемьевич и встал. — Позвольте откланяться. Было приятно познакомиться с вами, очаровательная Арина Васильевна.

Князь Голицын, Арина и присоединившаяся к ним Мария Алексеевна проводили гостя до парадной. Оболенский оделся, пожал на прощание хозяину особняка руку, чуть-чуть склонил голову перед дамами, пожелал спокойной ночи и вышел, сопровождаемый горничной.

— А теперь я хотел бы услышать объяснения, — холодно проговорил Василий Ефимович, глядя на застывшую дочь. — Мне показалось, я присутствую при разговоре какой-то мошеннической шайки, разрабатывающей очередную аферу. Теперь-то мне понятно, откуда на твоём счету такое «приданое».

— Папа, ты же умный человек, должен был сразу догадаться, что за различные проекты, которые я веду, сотни тысяч за один раз не поступают, — распрямила плечи девушка. Что бы не случилось, она была готова защищаться.

— Милый, здесь не место для выяснения, — матушка, судя по выражению лица, была очень расстроена. — Может, пройдём в твой кабинет и выслушаем Арину?

Значит, мама тоже слышала разговор. Правда, непонятно, где она находилась в тот момент. В комнате её точно не было.

Чувствуя приближающуюся катастрофу и кляня Оболенского, вздумавшего припереться в их дом именно сейчас, Арина вслед за отцом зашла в кабинет. Мама по пути шикнула на снующих по коридору Вовку и Милу, после чего плотно прикрыла дверь.

Девушка застыла посреди комнаты, не смея присесть. Психологическая порка в семье Голицыных была редким случаем, но пару раз Арине уже доставалось, правда, в детском возрасте за мелкие, но неприятные, прегрешения. Сейчас же…

— Рассказывай, — отец сел в рабочее кресло и отгородился от дочери сложенными на груди руками. — Я хочу знать, в каких финансовых махинациях ты участвуешь. Или тебя туда втянул Андрей Мамонов?

Арина несколько раз вдохнула и выдохнула, приводя в норму бешено бьющееся сердце. Не затягивая с молчанием, сказала:

— Это правда, что я уже три года делаю ставки на бои «Железной Лиги» — незаконной по российским меркам игровой организации. Андрей меня туда не втягивал, потому что на тот момент я с ним не была знакома столь близко. Предложил идею Анатолий Ярославович, курирующий группу пилотов — участников соревнований.