Девушка первой соскочила на землю, сбросила шлем и нарочито небрежно мотнула головой, рассыпая угольно-чёрные волосы по плечам. Белозубо улыбнулась, когда я подошёл к ней и с удовольствием прикоснулся губами к щёчке.

— Шикарно выглядишь, — нисколько не кривя душой, сказал я. — Представляю, как ты гоняешь на байке по улицам с распущенными волосами, а старушки грозят тебе клюшками вслед.

Одноклассница весело рассмеялась и стрельнула глазами по сторонам. Она заметила, что взгляды свободных от дежурства бойцов были больше прикованы к красотке, чем к «Дукати». Привлечённый треском движка на улицу вышел Петрович, и так рыкнул на парней, что у тех сразу нашлись дела.

Заглушив мотор и уперев ножку байка в землю, ко мне подошёл Данька и солидно пожал руку.

— А ты не говорил, что увлекаешься гонками, — я кивнул на застывшего красавца. — Это же зверюга, на нём ездить тихо не получится.

— Я просила папу купить ещё один такой, — Нина вздохнула. — Показала бы Даньке, кто здесь лучший гонщик.

— Нет, а почему вы скрывались? — возмущенный столь явным нежеланием демонстрировать своё увлечение, я подошёл к «Скремблеру» и провёл рукой по его хищным обводам, ещё тёплым после поездки.

— Даня стесняется, — сдала брата девушка. — У всех же крутые тачки вроде «Венер», «Меркуриев», «Сенаторов», а мы на мотоцикле будем приезжать в лицей.

— Стесняетесь, что ли? — ухмыльнулся я. — Напрасно. Мне вот вообще плевать. Был бы у меня вместо «Фаворита» такой байк, ни минуты бы не раздумывал. Я же не виноват, что отец оказался столь щедрым.

— Дареному коню в зубы не смотрят, — мудро сказал Данька. — Глупо отказываться от такого подарка.

— Вот именно! — я поднял вверх указательный палец. — Ну что, вы готовы к занятиям? Кстати, а где ваша сменная одежда? В таких курточках и штанишках много не натренируешься.

— Всё здесь, — Нина подкинула на плечах рюкзак.

— Заниматься будем на улице, — предупредил я. — Сейчас прохладно, в самый раз. Пошли, я покажу вам комнаты, где можете переодеться.

Так как близнецы уже бывали у меня, то уверенно направились в гостиную. По пути вежливо поздоровались с Оксаной, вышедшей посмотреть, кто приехал в гости. Не страдающая снобизмом Нина помахала рукой Маринке, и та с улыбкой ответила ей. Как ни странно, племянница кухарки почему-то больше симпатизировала Захарьиной, чем Лиде. Женская логика мне недоступна.

— Испеку лепёшек, — решила Оксана. — Девочку совсем не кормят!

— Попала! — я и Данька заржали в голос. — Берегись, Нина! Пока не съешь десяток пышных оладушек, отсюда не уйдёшь!