— Ладно, я пойду. — Сообщил Рыжий таким тоном, будто сам решил уйти. Может, так и было. Меланья не до конца понимала ход его мыслей. Если вообще понимала. После Эштона она стала подозревать, что совершенно не понимает мужчин. Как противников в игре ещё более-менее, а с точки позиции женщины, которая хочет связать свою жизнь с любимым человеком — никак.

Она пролежала на кровати до рассвета и приняла непростое решение. Нужно рассказать Эштону правду. И посмотреть, что дальше.

Впервые в жизни Меланья знала, как нужно поступить… но не могла этого сделать. Физически. Не могла заставить себя встать и пойти к Эштону, и открыть рот, чтобы сказать простые слова: «Я видела тебя в запрещёнке».

Поэтому она… отложила это решение.

Меланья подумала о работе. Причин прогуливать не было, дни, на которые она отпрашивалась, закончились. Работа же отвлекает?

И ещё кресло. За последние дни она получила целых три сообщения о том, что оно готово и надо его забирать. Но проигнорировала их, потому что не знала, куда его забирать. И теперь не знала. Раньше планировала к Эштону… теперь, возможно, в общежитие… но если придётся уехать…

Ну вот, она и призналась, хотя бы самой себе.

Меланья стала допускать, что уедет. И что правду скажет ему не прямо в лицо, а напишет постфактум. Когда уже будет далеко и её невозможно будет найти.

Перед Рыжим было стыдно. Зазвала сюда, рекламировала эту Листовку как землю обетованную… а оказалось, тут ничего нового. Такое же болото, такие же продажные твари, такая же безнадёга. Мерзкие лица за фарфоровым фасадом.

Эта мысль была, наверное, хуже всех прочих. То, что нет никаких уголков на планете, где лучше, чем в остальных её частях. Везде одинаково тухло.

Хорошо, что она не успела завести кота… И увидеть водопад.

Хотя… А что мешает сделать последнее прямо сейчас? Работа?

Меланья усмехнулась. Смысл идти на работу, если она практически решила уехать? Сбежать. Уйти от разговора, который может разочаровать, как ничего прежде.

В этот момент в дверь застучали.

— Мел, я на работу. — Громко сказал из коридора Рыжий. Непонятно, почему он не вошёл. Вчера ему ничего не помешало просто войти, а сегодня он зачем-то стучит.

— Угу. — Буркнула Меланья, но Рыжий, видимо, не расслышал.

— Принести тебе булок? — Снова заорал из-за двери.

— Да! — Во весь голос завопила Меланья. Только бы отстал! — И побольше!

— Ладно! Принесу, раз ты просишь!

Рыжий расхохотался и ушёл.

Рыжий и булки — бред какой-то.

Разве не такой же, как вся эта история с Листовкой и Эштоном?

Нет-нет-нет! Меланья встала и отправилась в ванную комнату. Там принялась плескать себе в лицо холодную воду.