Сам ресторан был больше похож на бар. Меланье понравилось, что он… длинный. Помещение шло вдаль, столики стояли лишь в один ряд, а напротив располагалась кухня.

Народа действительно было много, но все столики закрывались ширмами, по очертаниям теней видно, что за ними люди, но кто именно — не видно. Так что ничего такого ужасного, как говорил Эштон. Хотя после рабочего дня ему могло быть неприятно находиться даже среди невидимых людей.

Здесь жарили мясо. Вряд ли настоящее, конечно, его давно уже не выращивали в промышленных масштабах, а охотой тоже много не наберёшь. Целый город уж точно не хватит накормить. Да и дичь, говорят, совсем невкусная. Искусственное мясо куда сочней и лучше.

В общем, они заказали мясо на гриле и тушёные овощи.

Эштон рассказывал Меланье, как они организовали город. С чего всё началось. Их было трое — молодых, жаждущих приключений. Денис и сейчас есть, только он вернулся в свой клан, ему пришлось вернуться, в подробности Эштон не вдавался. А вот Филипп… его уже нет. Уже больше двух лет. Он был одним из первых, похороненных на местном кладбище.

Эштон не стал вдаваться в подробности трагедии, просто сказал, что произошёл несчастный случай и дважды в год он навещает могилу Филиппа. Ну как могилу, давно уже людей просто сжигали, потому что земля, кажется, уже вся была в старых костях. Сколько людей умерло за тысячелетия… и сколько их хоронили прямо в землю… неудивительно, что сейчас, где не копни, можешь найти кости.

Меланья даже жевать перестала, когда Эштон это сказал. Слишком неожиданно прозвучало в обстановке романтического ужина. Тот заметил, сразу же извинился, что портит аппетит и дальше уже рассказывал про то, как вначале город был просто заброшенным местом, где жили несколько стариков из вымирающего клана. И они просто тут остановились передохнуть, когда путешествовали… и почему-то не смогли уехать.

— Я выходил на улицу и будто всегда тут жил. А была зима. Морозы под тридцать. И всё равно — воздух как хрусталь, почти звенит. Небо белое и мягкое. Ты увидишь. Зимой тут всё по-другому. Заметила, что транспорта мало на улицах? Это потому, что у всех транспорт зимний — снегоходы. Потом оценишь.

Меланья почти не говорила, только слушала. Ей нравился его голос, и было интересно узнать о его прошлом. Чего бы оно ни касалось. Про женщин Эштон рассказывать не стал. Наверняка они у него были, такой мужчина никак не мог жить в одиночестве, но эта тема, кажется, не из тех, которые обсуждают при встречах с другой женщиной. Меланье тоже не хотелось рассказывать про своё прошлое. Про Рыжего. Который, кстати, так никакой весточки о себе до сих пор не подал. Если даже он умрёт, Меланья об этом никогда не узнает.