— Ваша светлость, вы же только с дороги, хоть отдохните немного, — растерянно моргнув, настоял он. — Давайте хоть девушку чаем напою, согреется, а то у нас уже заморозки по ночам…

Я усмехнулся.

— Вот что, сударь. Вы лучше дайте мне вот эти документы, — я быстро, размашистым почерком написал на листке целый список и протянул его Рокотову. — И выделите кого-нибудь, кто разбирается, чтобы показал нам производство.

— Хм, — он взглянул на листок и, свернув его, быстро убрал в карман. — Зачем искать? Я и сам могу показать вам всё. А секретарша пока соберёт все документы. Что скажете, ваша светлость?

Его вспотевшее, улыбчивое лицо мне всё меньше нравилось.

— Зачем я буду отвлекать вас от важной работы, — улыбнулся я. — Мы всего лишь гости, и то временные.

— Ну что вы, что вы! — он замахал руками, преграждая нам путь. — Это дань уважения вашему батюшке, храни его Всеотец! Сейчас как раз перерыв, а совещание с начальниками цехов через два часа…

Да чего он так уперся-то?

— Хорошо, будь по-вашему, — кивнул я. — Но договор и расчеты с поставщиками за последние 5 лет мне нужны сейчас. Как получу — так и пойдём.

Пожевав губу, он неохотно кивнул. А уже через полчаса у меня на руках лежала увесистая папка с документами, — и чего они не переведут в электронку? — а мы с Рокотовым и парой сопровождающих амбалов-охранников пошли по цехам.

— Всё начинается с поставок железнорудного концентрата с обогатительной фабрики, — с видом экскурсовода, напялив белую каску, начал излагать Рокотов. — В день мы принимаем по десять-двенадцать вагонов концентрата, который потом идёт в доменный цех и из него выплавляют чугун…

Мы шли по пыльному цеху между колеями железной дороги, по обе стороны громоздились вагоны, покрытые буро-черной пылью. Знакомый солоноватый запах выедал нос. Вполуха следя за словами Рокотова, я вчитывался в документы.

Пока я был в Суворовском, здесь много чего происходило. Сперва у нас купили подстанцию, потом участок железной дороги. Поменялся один поставщик, другой… и все эти сделки не казались странными по-отдельности. Ну мало ли чего происходит в большом хозяйстве. Меняются подрядчики, уходят и приходят управленцы. Подумаешь…

Но я искал за этим систему. И первые ниточки начали проглядываться уже здесь.

— Кому принадлежит обогатительная фабрика?

— «МеталлПрому», — тут же ответил Рокотов. — Концерн выкупил её лет шесть назад, когда местные рудники иссякли. Фабрика стала убыточной, сами понимаете…

— Но до сих пор поставляет вам концентрат, — хмыкнул я.

— Ну, так теперь сырьё идёт издалека, концерн компенсирует траты…