Плеснув немного воды на раскалённые камни, я вдохнул ароматный пар и вытянулся. От жара было больно вдыхать, колени быстро начало печь, но черт возьми, как же мне этого не хватало! Утомлённое тело нуждалось в отдыхе.
Я лениво посмотрел на висящие на стене веники. Дубовый, березовый, ольховый — ассортимент на все случаи жизни! Для полного счастья попариться бы, но звать помощников было уже неохота.
Разогревшись, я вышел в мойку и обдал себя холодной водой, а сразу после — горячей. Боже, какой же кайф! Вот правы были предки, когда придумали русские баньки! Зуб даю, зимой здесь ещё роскошнее!
Снаружи скрипнула дверь и послышались тихие шаги. Я усмехнулся.
Неужто Лиливайсс решила опробовать и баньку тоже? Лучше бы, конечно, это был Осип — чтоб парить веником, нужна какая-никакая сила, а мои ноющие мышцы буквально требовали хорошего веника.
Я приоткрыл дверь в парную, впуская немного жара, как дверь снова скрипнула.
— Сударь, можно к вам? Вы наверняка устали, а я п-помогу вам помыться.
Я оглянулся: на пороге стояла моя рыженькая служанка. Её щёки пылали от прилившей крови. Одной рукой она придерживала облепившее фигурку белое полотенце, во второй — держала широкую банную щётку. И, судя по проступавшим через ткань горошинкам сосков, кроме полотенца на ней ничего не было.
— Полина, — улыбнулся я. — Входи.
Глава 13
Поля старательно водила по моей спине губкой, нет-нет да касаясь разгоряченной кожи мягкими пальчиками. Сквозь треск печи и шелест мыльной пены я слышал, как колотится её сердечко.
Волнуется. Обернись я сейчас, она и не заметит — так и будет, закусив губу, тереть мне спину и пытаться успокоиться. Но блин… хочу видеть её лицо. Как она смущается и краснеет, пряча глаза. Ощущать тонкий аромат её волос и кожи сквозь запахи мыла и дерева, витающие вокруг.
Я медленно выдохнул, успокаивая разошедшееся сердце. Терпение, Яр. Пусть девочка успокоится немножко.
— Сударь… — ушей коснулся её робкий голос. Я буквально ощутил, какое усилие над собой сделала Поля, чтобы заговорить.
— М?
— Та девушка, которая приехала с вами, Лилия… она ведь не помощница, да?
Я вздохнул. Конечно, она помнила трансформацию Лили. Забудешь такое…
— Поля, это большой секрет, и сказать я могу его только человеку, которому безоговорочно доверяю. Это касается имперской безопасности. Ты ведь сохранишь мою тайну?
Её руки замерли, прижавшись к моей спине. Сквозь ладони я почувствовал биение её сердца.
— К-конечно!
— Она — мой кодекс. Как у отца. Астральное существо, призванное сражаться на моей стороне.
Её руки медленно скользнули по моим бокам и пошли вниз.