Я достал фотографию, выпавшую у неё из кармана.
— Простите, что не отдал вам сразу. Вы потеряли её.
Вложив в её прохладную ладошку снимок, я обернулся к Темникову. Он мог явиться сюда лично только по одной причине.
— Отдых закончился, Вайнер. У его Величества есть для тебя задание.
Глава 7
Дворец Императора, покои цесаревича.
Концентрация альва-частиц: 3,1 на миллион.
— Анастасия, ты достала?
Девушка строго сверкнула очками, покосилась на дверь.
— Ваше высочество, если кто-то узнает, меня могут уволить, это бросит тень на весь наш род.
— Никто не узнает, за это можешь не беспокоиться, — Роман улыбнулся и подошел к девушке. — Ну же, скажи, что ты достала?
Прикрыв веки, она тяжело вздохнула — и вытащила из кармана маленькое овальное устройство с сенсорными кнопками. Пульт от ошейника-ограничителя.
Сверкнув глазами, цесаревич протянул руку, но девушка придержала пульт.
— Они все на строгом учёте, — напряжённо прошептала она. — Если кто-то из ЛендаФарм узнает, или госпожа Карина, я…
— Анастасия, — цесаревич успокаивающе положил ладони ей на плечи. — Пока ты служишь мне, ни один княжеский род не посмеет даже косо на тебя взглянуть, не то что тронуть пальцем. Ты веришь мне?
Она посмотрела в его глаза. Этот прямой, честный взгляд она знала давно, чуть ли не с детства. Ему было невозможно сопротивляться, будто Роман владел особой магией убеждения. Сглотнув, она вытащила пульт из кармана — и вложила ему в руку.
— Регулятор — вот здесь. Можно снизить порог применения альвы до нуля.
— Прекрасно, — цесаревич стиснул пульт с таким выражением, словно получил долгожданную игрушку на новый год. — Ты узнала остальное?
— Опричники забирают его завтра, — прошептала она, подходя ближе. — На время операции его ошейник отключат.
— Что ж, пусть для Вайнера это будет неприятным сюрпризом, — усмехнулся Роман и убрал пульт за пазуху. — Ты сослужила мне отличную службу, Анастасия. Я у тебя в долгу.
* * *
Всю серьёзность положения я понял, когда мы с Темниковым вышли к парковке у госпиталя. Шесть черных тонированных «фаэтонов» и здоровенный фургон опричников смотрелись угрюмо на фоне разномастных машин.
— За мной, — сухо бросил опричник и направился к фургону, окруженному охраной.
Открыв перед нами боковую дверь, один из бойцов строго зыркнул на меня. Во взгляде читалось презрение.
За нами захлопнулась дверь, я огляделся. Внутри фургона оказался целый кабинет: мониторы, столик для работы с документами, оборудования для прослушки и даже мини-проектор. На столе я заметил тонкую папку с ворохом листов, подписанную моим именем. Личное дело.