— Ничего, — цыкнув, Темников сморщил нос. — Он твой. Делай своё дело.

Проводив строгим взглядом опричника, Анастасия кивнула мне. Мы вошли в палатку, девушка провела меня за ширму, где на походном столике уже лежал мой новый ошейник.

— Садитесь, князь, я сделаю всё быстро, — девушка сноровисто надела перчатки и взялась за инструмент. — А где ваш кодекс?

— Вернулась, — я похлопал ко гримуару, позвякивающему цепями на моем поясе. — Ей нужна энергия, вот и пытается восполнить.

Хмыкнув, девушка сняла с меня старый ошейник и ловко застегнула новый.

— Сударь, я подключу и проверю.

— Валяй.

Ошейник издал тихий писк, переросший в прерывистые сигналы.

— Такой звук будет, если вы выйдете за лимит силы, — пояснила она. — А такой, когда лимит деактивирован и вы можете пользоваться всеми своими способностями.

Ошейник издал дважды по два сигнала с небольшим перерывом.

— И в каких же случаях это будет?

— Во время боя, — ответила она. — И не волнуйтесь, на этот раз он не сломается. Наши спутники на орбите принимают сигнал от устройства каждую секунду, ошибка исключена, а передовая система защиты ЛендаФарм позволяет использовать его даже при концентрации альвы выше четырёхсот частиц.

— Надо же, у меня аж от сердца отлегло, — я улыбнулся излишне серьёзной девушке. — А если альва-излучение будет выше?

— Тогда бомба на шее уже не будет для вас проблемой, сударь. Вы и так будете одной ногой в могиле, — Анастасия отошла назад и сняла перчатки. — Я закончила. И ещё одно, насчет вашего кодекса. Мне велели передать, что вы не сможете призывать кодекс когда захотите. То, что у вас есть кодекс, пока остаётся тайной, но в бою всё раскроется. Ваш ошейник теперь связан с печатью Сирин. Когда ваш лимит деактивирован, вы можете использовать все силы кодекса в бою. В остальное время — нет.

— Прекрасно… — вздохнул я. — Лиливайсс.

Я коснулся гримуара — и палатка озарилась вспышкой света. Лили появилась передо мной, недовольно морща нос.

— Во-первых, это грубо, — заявила она, скрестив руки.

— Я оставлю вас, — кивнула мне Анастасия, глянув на кодекс, и спешно ретировалась.

— Энергию! — тут же потребовала Лили, подходя ближе. — Мне надо больше!

— Иди сюда, — я привлек её к себе и она жадно припала к моему рту. Альва в моем теле забурлила, перетекая к настойчиво присосавшейся напарнице, начавшей вовсю водить языком, собирая мою слюну. Вот же обнаглевшая! Ну давай, посмотрим, выдержишь ли ты сама!

Это даже поцелуями было сложно назвать, мы будто боролись нашими языками в тяжелом поединке за первенство. Но и этого ей, похожее, было мало — и Лили, издав недовольный звук, впилась зубками в мою губу, прокусывая до крови.