— Как узнать, где будет следующая картина?

— Хороший вопрос, — Аня кивнула и двинулась дальше через дворик, ныряя во вторую кишку переулка. — Вот с этим будет уже сложнее. Такие раскопки будут стоить тебе не пятнадцать тысяч, а пару сотен. Говорят, у картин есть какой-то сюжет. Послание. Зачем-то у картин есть подписи, и ещё. У каждой есть общий элемент. На каждой картине присутствуют мотыльки. Даже если там нет Лампочки.

— Какой лампочки? — спросила Марта.

— А-а, так бабу с картины прозвали. Башка светится, вокруг мотыльки. Этот сюжет повторяется чаще всего. По-моему, подходит.

Я хмыкнул, представив, каково будет об этом узнать Насте. Художница с раздвоением личности? Ну-ну…

— «Ищи там, где мотыльки» и Лампочка. Что это могло бы значить?.. — задумалась вслух Аня.

— Что? — спросила Марта.

— Риторический вопрос, — пожала плечами Аня. — Кто знает? Но если послания что-то значат, то здесь оно предельно простое и прямолинейное. Возможно, она ссылается сама на себя. Она там, где они нарисованы. Ещё одна подсказка или прямая наводка или… рисунок на карте, если соединить все картины. Тут уж я не скажу. Это то, до чего дошла я и мои источники. Дальше нужно изучать остальные картины и думать, где ещё могут быть мотыльки.

— Это всё? — спросил я с напускным разочарованием, желая выудить что-то ещё.

— Увы, но по нахождению — всё. Дальше придётся включать свою соображалку и побегать.

— У тебя есть места расположения картин? — спросил я.

— Разумеется. Передам в кафе. Но учти, что там не все. Часть рисунков в разное время находили пробуждённые. Однако известны случаи, когда картины прятались в недоступных локациях. Внутри домов, в канализации… в общем-то, где угодно, в том числе на закрытой частной территории.

— Тут уже нужна целая армия, чтобы вламываться в дома ко всем подряд и проверять, нет ли там картины. Я не могу гарантировать, что тех, что есть, тебе хватит, чтобы найти дорогу. Кстати, почти пришли.

То, что место, куда нас ведут — не обычное кафе, я понял задолго до того, как мы вышли из сети переулков на тихую безлюдную улочку с единственным проявляющим признаки жизни здании.

На покосившейся вывеске сложно было прочитать всё название. «Дан…» дальше надпись выцвела, и, чтобы разглядеть остальное, нужно было подойти ближе. Мы двинулись втроём в сторону здания. Анна принялась насвистывать какую-то песню. А я — вдвое внимательней глядеть по сторонам.

Места заброшенные. Дома по соседству необитаемы. Отличное место для того, чтобы устроить засаду. Однако было тихо, никто не прятался за углом, лишь из трактира раздавались звуки весёлого смеха и смазанный шум разговоров людей.