умер во младенчестве, затем королева долгое время не могла забеременеть, а после ещё

и правитель Верхнего мира начал наращивать силы, подталкивая миры к войне. Когда же

заболела супруга, Тарнут окончательно уверовал в проклятье, запретив всему семейству

прилюдно проявлять эмоции, однако это не уберегло его от потери жены. Вот уже

несколько дней он не покидает свои покои: слишком трудно изображать невозмутимость,

к которой привыкли его подданные, когда тебя захлестнуло горе.

– Отец… – Гвиннет прошмыгнула к королю, сидевшему в полной темноте. – Ты снова пьян…

– Говори громче, а то так твой голос слишком сильно похож на её.

– Придворные уже начали шептаться, будто бы ты подхватил ту же болезнь, что была у

матушки, – принцесса заговорила громче и как можно менее похоже на мать. Тарнут не

ответил. – Отец?..

Тогда девушка тихонько приблизилась к королю. Как оказалось, он уснул прямо в кресле.

Тяжело вздохнув, Гвиннет забрала из рук отца пустой кубок, накрыла его колени

меховым пледом и ушла.

* * *

– Этому не бывать! – отмахнулся Вескон. На этот раз король не кричал, но голос его

звучал более, чем раздражённо. – Признать ребёнка от этой… этой…

– Она служанка, отец, – напомнил принц Рейдон. – Я не наивный глупец и не собираюсь

брать Алиссию в жёны, но это мой сын. Неважно, кто его мать, в нём течёт моя и ваша

кровь. Кровь рода Астер.

– В нашем роду и без того много грязной крови! – нехотя Вескон вспомнил собственную

мать, которую старался забыть все эти годы. – Повторению истории не бывать, так и

знай!

– Это не вам решать, отец, – холодно и бескомпромиссно заявил Рейдон. – Я признáю

сына, и вы ничего не сможете с этим сделать.

– Что ж… Я догадывался, что ты не прислушаешься ко мне, а потому ещё вчера отослал из

замка твоё отродье вместе с матерью.

– Где вы их спрятали?! – маска невозмутимости на лице Рейдона дала трещину, чем

вызвала на губах правителя Верхнего мира самодовольную ухмылку.

– В такой глуши, где ты их никогда не найдёшь.

Желваки на скулах принца заходили ходуном, кожу побило багряными пятнами, а пальцы

стиснулись в кулаки с такой силой, что побелели костяшки.

– Я их разыщу, вот увидите. И верну ко дворцу обоих! – Рейдон выдвинул ультиматум и

собирался уйти, оставив последнее слово за собой.

Королю не пришлось по душе столь дерзкое поведение наследника, он бросил тому в спину

собственный ультиматум:

– Если ты сейчас уйдёшь ради поисков своей безродной потаскухи вместо того, чтобы

поразмыслить вместе со мной, как воспользоваться слабостью Тарнута после похорон

жены – ты мне больше не сын! Я лишу тебя наследства. И трона. Вот увидишь!