Я не желаю кому бы то ни было, доверять секрет о том, что у меня дублирование некоторых жизненноважных органов и систем. Надеюсь, однажды это спасет мне жизнь. Хотя лучше, чтоб мне это никогда не понадобилось.

Возвращаясь к Страшиле. Ее кожа стала идеальной и, как я люблю, упругой, теплой и слегка скользковатой.

Каюсь, я иногда вспоминаю Юниру и ее вино. Вот не знаю, Марину и Наталию не вспоминаю вовсе. Видимо, так как это женщины моего оригинала, я к ним совершенно равнодушен. А вот по Ю — очень скучаю, точнее по ее особенностям и умениям. Ну вот такой я — негодяй.

Я, к слову, подумывал сделать из Страшилы нечто такое же. Делов-то. Красная микрочешуя, хвост, можно и крылышки еще, но я к ним всегда был равнодушен. Однако решил не отнимать у Страшилы ее индивидуальности. Хотя кожу, за исключением цвета, сделал почти что такой же.

Фигуру девушки я подкорректировал, разумеется убрав перед этим все уродства, коими ее наградил Артурка. Мне Олина фигура не нравилась, поэтому ныне это высокая спортивная дева с очень притягательными бедрами и красивой полной, хоть и не большой грудью.

Ну да, да. Я сделал Страшиле фигуру Юниры до ее «материнства».

Далее. Убрал всю мазню с кожи головы и вернул туда волосы, правда черного, а не родного Олиного цвета.

Правильно, опять как у Юниры, внимательный ты наш. Но я же не сделал ее красной, да и жопа у нее не такая роскошная как у Юнички. Хотя… Ладно, уболтали, завтра, когда амулет подзарядится, сделаю даже лучше. Но не красную. Я сказал!

С лица убрал эту жуть с разрезом и шнуровкой, ну и обточенные зубы. Язык(шаркая ножкой) — оставил.

Правильно, как у Юнички.

Татуаж глаз заменил просто на природную яркость. А то и правда, какая-то она невыразительная без этого стала, хоть и красивая.

Пришлось отстоять бой со Страшилой за ее право на пирсинг. Плюнул и разрешил не более двух штук в один элемент тела, но с правом вето. А то все эти семь кг цветмета понавтыкает в себя равномерно, а мне об нее потом колоться.

Ну а чё? Терерь-то я не прочь оказать свое внимание столь очаровательной особе. Даже с прикручеными гормонами ее общество мне весьма пятно и волнительно.

К слову говоря, что-то я слишком увлекся, а Лю и О, смотрю, уже на четвертый круг пошли. В общем, затянулся их разогрев, ясное дело, по моей вине. Пора бы и нам с Ол… Страшилочкой присоединиться.

— Так, Лю, слезай с нее. Совсем заездила девочку.

— Господин, это я во всем виновата, — что-то там проблеяла из под Лю неугомонная О.

— Пришло время тебя наказать, — решаю порадовать человека.

— Да-а-аааа…