А нехрен тут, своих подружек-манипуляторш водить. Да, жестоко, но пора взрослеть, девочка.

Вера же посмотрела на трясущуюся Альку, потом на нож, на меня, сидящего с невозмутимой рожей и выжидательно уставившегося на нее. И наконец сказала, осторожно так подбирая слова:

— А можно я лучше… ну это, в кишках там, а? Я ведь не это… ну, не то чтобы стать сильной прям любой ценой. Мне больше из-за научного интереса. А ее можно не убивать. Она поумнеет еще. Молодая просто. А?

Так, похоже, теперь в этой троице я выгляжу как самый поехавший. А со мной сейчас говорят как с неадекватом, способным от любого неверного движения или слова начать херню творить.

— Ну как хочешь, — лениво убираю нож, продолжая держать мину при так себе, как видно, игре. — Второй раз предлагать не буду.

— Ты научишь меня… некромантии? — некоторая надежда проскакивает в по-прежнему сдержанной интонации Веры.

— Ты хочешь именно некромантию?

— Нет, я хочу изучить любую магию, просто ты назвался некромантом.

— Ну а как же ты отомстишь своим насильникам? К скольким из них у тебя счеты? Скольких ты пустишь на запчасти? — продолжаю выводить на эмоции эту ледышку.

Мутная она, или я уже говорил?

— Я(вздохнув)… Я хочу постичь магию не для мести. Если, чтобы ты согласился учить меня, мне придется каждый день улыбаться этим тварям, я пойду на это. Может, хватит уже меня проверять и дергать за больное? Я не поехавшая, — о, даже эмоции какие-то у этой снежной королевы прорезались.

— Зачем ты осталась и наблюдала за мучениями вчера?

— Не для удовольствия, — заверила она. — Хотела понять принципы и систему. Что и для чего ты делаешь.

— И как? Поделись своими наблюдениями?

— Не знаю… Тяжело сосредоточиться, когда они воют. Я имела дело с трупами в морге, с увечьями, с травмами от которых всё холодеет. Но это… Это пипец просто. Когда нужно не остановить, облегчить, прекратить, а наоборот подстегивать, усугублять, наращивать и… чтобы они всё прочувствовали. Наверное, даже осознали. Ну и чтоб не умерли раньше времени. Жесть, в общем. Но я четко осознала, что доноров ингридиентов нужно заставлять страдать, тогда те нанесенные символы превратят кости в, эм, ЭТО. Я не поняла, ЧЕМ стали кости. Я такого не видела никогда. Так?

— Всё верно. Кости, а особенно разумных, взятые еще у живых и с соблюдением особых ритуалов, приобретают определенные качества. Они становятся способны впитывать, передавать и сохранять энергию смерти, и не только. Увы, если ты не маг то, чтобы получить подобного уровня материалы, ПРИХОДИТСЯ совершать подобное. Благо, что сейчас полно тех, кто заслуживает такого. Из тех, кого я подверг подобному за эти дни, было только трое, у кого на счету меньше сотни людских жизней. Но они обидели Алину, поэтому я их не пожалел, — уже нормально, то есть не играя, объясняю я, по видимому, своей новой ученице. А затем обращаюсь к всё ещё боящейся дышать Алине. — Ты поняла, почему я так с тобой?