Так вот, позанимавшись всеми этими вычурностями на небольшой, еще зеленой лужайке позади здания нашего общежития, мы, с Андреем Скворцовым, вернулись к себе на этаж. Время уже поджимало: умыться, одеться, да пора уже и на завтрак бежать. Тем больше было наше неудовольствие, когда, войдя в умывальню, мы обнаружили там безобразную сцену: двое второклассников, нисколько не стесняясь окружающих, измывались над Андрюшкой Мельниковым. Так сказать, пытались донести до него мысль, что, при виде важных их, он должен немедленно освобождать место возле рожка с водой, а не задерживать старших «товарищей», пытаясь смыть со своего лица остатки мыла.

Признаться, увидев скуксившуюся моську своего приятеля, я совсем уж было ринулся ему на помощь.…И был остановлен как клещ вцепившимся в мое плечо Скворцовым.

— Так ты только хуже сделаешь, — почти не разжимая губ прошептал он мне.

Ну, да, кажется, наш классный руководитель в первый учебный день именно об этом и говорил, когда предупреждал, ни в коем случае не задирать старшеклассников. Первым-то им применять магию против первоклашек строжайше запрещено.…Но не в том случае, когда агрессором выступает сам первоклассник.

Ощущая себя полностью беспомощным, я скользил взглядом по задирам — второклассникам, по Мельникову, от обиды уже не сдерживающему слез, по висящему на крючке его полосатому полотенцу, по жестяной мыльнице на краю раковины, в которой криво, едва не выскальзывая, поблескивал свежей пеной и влагой кусок мыла.

— О-у-м-м-м! — Затянул я про себя почти неслышно на выдохе, сам еще не понимая до конца, какой именно эффект я хотел тем самым сотворить.

Контакт с духом воды у меня установился моментально, я даже во второй раз не успел набрать в грудь воздуха. И действовать призванный водяной дух тоже начал уже буквально в следующее мгновение. А еще я отчего-то был уверен, что этот дух — тот же самый, что я призывал в самый первый свой раз, и который после помог мне выловить в пруду рыбу. Очень похоже, что именно этот дух стал моим первым постоянным контактом из мира потустороннего.

Под влиянием невидимого призванного духа, мокрый обмылок, лежащий в мыльнице, нерезко шевельнулся, с натугой перевалился через бортик мыльницы, скользнул по краю раковины, грохнулся на пол и подкатился прямо под ноги главному забияке, отвешивающему в этот самый момент моему однокласснику очередного несильного, но очень обидного леща.

— А-ай, черт! — Только и успел выдохнуть этот второклассник, поскользнувшись, прежде чем опрокинуться навзничь, с размаха ударяясь затылком о каменный, мокрый от водяных брызг пол.