Пока орудовал топором, воображение вырисовывало один артефакт Благодати за другим. Но здравый смысл и пространственный мешок Шаора, кстати, практически пустой, подсказывал мне, что в сундуке просто не может быть ничего по-настоящему ценного. Потому как в мешке Шаора оказалось всего-то немного золотых и серебряных монет, да всякая мелочёвка. К тому же, даже полный золота сундук в перерасчёте на Эрги не мог стоить дорого, потому что все эти монеты были придуманы всего лишь как размен невероятно дорогим Эргам. На этой печальной для моей жадности ноте сей спектакль я решил считать завершённым. Да и рассвет был уже близок, пора бы и возвращаться. Закинув трупы четырёх последних разбойников теперь несуществующей банды в пространственный мешок, максимально скрытно отправился в обратный путь.

Когда я вернулся к себе домой, то застал Джун всю в крови. Её платье покрывали засохшие бурые пятна. Она несла вёдра с водой из уличного колодца в дом и тихо, угрюмо ворчала. Я только перелез через забор, и нас разделяло довольно большое расстояние, для того чтобы меня можно было услышать или тем более заметить в предрассветных сумерках.

— Бросил меня одну, а вдруг ещё кто-то придёт, может, у них был запасной план, а меня просто не посвятили в него? — молодая девушка шла и продолжала тихо, недовольно бурчать. — Бросил молодую, красивую девушку тягать этих тяжёлых мертвецов, а у самого силы через край, вон какой здоровенный стал. Наверное, мог бы и одной рукой их в колодец забросить, а я все руки пообрывала…

— Всё ли готово? — спросил я, подойдя со спины почти в плотную к ней.

Стоит всё же похвалить Джун, она не вскрикнула, подпрыгнула, конечно, высоко и выронила вёдра, но при этом не закричала от страха. Груз моей наложницы я легко подхватил и поставил на землю.

— Господин, простите, простите меня, на самом деле я так не думаю! — начала причитать она, поворачиваясь в мою сторону.

Я крепко схватил её сзади за плечи, не давая повернуться в мою сторону. Джун пискнула и обмякла в моих руках.

— Господин, простите, прошу, не убивайте меня, прошу, простите! — в панике зашептала моя наложница, уже практически впадая в истерику.

Поняв, что сейчас от неё ничего путного не добиться, опустил её на землю.

— В комнату до утра не заходи и приготовь плотный завтрак, пока свободна. Приберёшься, когда меня не будет дома! — произнёс я ледяным тоном.

Это насколько же она меня боится! Хорошо ещё, я не стал показывать ей своё новое лицо сегодня в полутьме. Ведь у неё могло и сердце не выдержать такого количества переживаний. А днём, думаю, не так уж и страшно я буду выглядеть. Во всяком случае, хотелось бы на это надеяться. Заперев за собой дверь в спальне, обратил внимание, что здесь было уже достаточно чисто. Может, полы посильнее вымыть от крови — и даже не догадаешься о кровавой бойне, произошедшей здесь сегодня ночью. Открыв крышку колодца и забросив в него тела ещё четырёх головорезов, понял, что трупы разбойников забили пространство почти на три метра в высоту. Не зря рабочие, которые делали этот огромный колодец, пытались сначала со мной спорить, доказывая, что для небольшого дома такой проект будет избыточен. Как же они ошибались! Глядя на количество тел, которое сейчас находились на дне, я подумывал, что стоило тогда работникам немного доплатить и углубить колодец ещё на пару метров. Но что сделано, то сделано, придётся пользоваться в ближайшее время тем, что есть.