— Но всё же на нём броня, а уровень по-прежнему двенадцатый. Может, его даже повысят до звания младшего лейтенанта? — задумчиво сказал Улер. — А нам, наверное, назначат нового рыцаря.

Дальше прислушиваться к пусканию слюней на чужие заслуги я не стал. Но так или иначе все с интересом поглядывали на господина Ирчина, и, если это был любой другой младший офицер, его замучили бы вопросами, наверное, до смерти. Но у Злобного поинтересоваться происхождением высокотехнологичной брони мог, наверное, только господин Овцев и лейтенант Малихов из нашей роты. Но даже они проявляли к этому старому воину непонятное мне излишнее уважение. Однако мысль о его повышении была приятной. Если его переведут подальше от меня, то со следующим командиром отделения можно будет выстроить нормальные взаимоотношения, как это обстоит сейчас в других отрядах. Это же не нормально, что он держит в страхе боевых магов. Мне даже кошмар приснился, как он отрубил голову молодому Михаилу Соятову. Как вспомню, насколько сильно у него хлестала кровь из горла, так холод по спине сразу и пробегает. А ведь никто даже не пошевелился и не применил заклинание лечения до его приказа, причём это касалось и лейтенанта Малихова, что пугало ещё сильнее. Все в той ситуации были попросту ошеломлены и находились в каком-то ступоре.

Встряхнув головой, я отогнал все эти пугающие меня мысли и повернулся в сторону господина Ирчина. Тот практически неподвижно сидел на скамейке, словно каменное изваяние. И делал вид, что ему нет никакого дела до нас. Наверное, так оно и было. Сколько сменилось в его подчинении солдат и магов за долгую службу, а помнит ли он их имена? Думаю, это совсем не так.

За этими невесёлыми мыслями подтянулись припозднившиеся солдаты и младшие офицеры. И всё это время воины с подозрением поглядывали на сидящего в стороне старого рыцаря. И тихие шепотки только добавляли напряжённости ситуации. Спустя полчаса, когда прибыли старшие офицеры, начался смотр. Генерал Тарас Кровавый вышел на трибуну, оглядел с высоты нас, словно жуков. И казалось, он не пропустил никого из своих подчинённых, все удостоились хотя бы его мимолетного внимания.

— Вы славно потрудились, воины мои! В мире Паккот добыча была собрана достойная. Каждый проявивший себя был достойно награждён! — пророкотал он. И будучи огромным кровавым нефилимом [3] ранга сорокового уровня или, как их ещё изредка называли, исполином, его громоподобный голос был неудивителен.

Он ещё минут десять прославлял нашего Герцога и самого императора Георга Великого и лишь затем созвал старших офицеров в штаб. Я же всё это время не мог перестать думать о нашем командире отделения. Мне до сих пор не верилось, что его могли наградить настолько дорогим экземпляром брони.