Энергия прохладной волной прошла по телу, и сразу же мгновения бодрости исчезли, хотелось просто упасть, но эти бестолковые испуганные выкормыши бездны так и стояли под защитой магического барьера, совершенно точно не собираясь предпринимать активных действий. Откуда я нашёл силы, чтобы подняться с такого мягкого песка, сказать было категорически невозможно. Доковыляв практически вплотную к своему отряду, я тихо и почти спокойно прошипел:

— Леур, барьер снять! Затем заклинания лечения на меня по готовности, до возвращения в лагерь. Далее, Мареш и Улер, на вас охрана мага, остальным собрать Эрги с тел арахнидов, а также их оружие и наши стрелы. А ты! — указал я пальцем на молодого Чикира. — Беги на тот берег за невидимкой, собери с него всё, что возможно. И смотри, я проконтролирую!

Мелкий Чикир хотел было возразить, что одному бежать за трофеями с невидимого арахнида слишком опасно, вот только сейчас я только и ждал, чтобы кто-то решил ослушаться моего приказа и жестоко за это наказать. И кажется мне, по моему лицу это было понятно подчинённым без слов.

Почти сразу после моего приказа прошла первая волна лечения, и на мгновение боль вроде бы отступила, но в следующий миг тут же вернулась назад.

— Леур Кретов, продолжай! Я же приказал: лечение по готовности!

Он хотел было что-то сказать, но всё же не рискнул. Я же не стал даже поворачиваться в его сторону, словно лучше него знаю, сколько маны осталось во внутреннем резерве.

Волна прохлады прошла по телу ещё раз, и боль действительно стала слабей. Теперь-то однозначно можно подвести предварительные итоги этой грандиозной битвы, но доставать карты здесь у всех на виду будет крайне глупо, и что главное — опасно. А ведь у Защитника арахнидов пространственного мешка не было, а вот у разведчика с умением невидимости в связи со скоротечностью нашего с ним знакомства этот атрибут миров, в которые пришла Благодать, я подметить не успел. Вдруг там было нечто ценное и полезное для меня в условиях моих новых личных обстоятельств?

— Леур, я к Чикиру, проконтролирую его. Когда тут всё закончите с разделкой трупов, сразу же поднимайтесь ко мне! — сказал это и стою, смотрю на него. Он промедлил мгновение, но спохватившись, понял, что от него хотят услышать.

— Так точно, господин Ирчин! — торопливо ответил он чуть подрагивающим голосом.

Всё же мои солдаты крайне трусливы, и перебороть эту слабость им довольно сложно. Особенно после таких жутких нервных потрясений. Не каждый день отряд сражается один на один с таким количеством кровожадных пауков. В какой-то степени трусость моих солдат можно понять. Но не простить. По возвращению в лагерь я обязательно жестоко накажу нескольких, просто для поддержания дисциплины в будущем. Но если быть более честным с самим собой, то природная осторожность людей, на самом деле, это крайне хорошая черта. Потому как, если бросаться на противника бездумно, без какого-либо страха, то население моего родного мира Земли наверняка давно бы уже закончилось. Даже не знаю, почему подобные размышления пришли мне в голову именно сейчас, наверное, это азарт боя до сих пор не прошёл, вот и перескакивают мысли с одного на другое.