— Думать прежде всего! Для этого мы тут и собрались. Объявляю перерыв на четверть часа, для обмена мнениями, ну и покурить…

Отойдя с начальником штаба на несколько шагов в сторону, негромко произнес:

— Вы все время молчали, мне интересно, что по этому вопросу думает мой НШ?

— Молчал, потому что, к тому что вы озвучили, мне особо добавить нечего. У нас не рота людей налегке, которая при огромной удаче и счастливом стечении обстоятельств может тихо, поздним вечером или ночью, бесшумно снимая посты ножами или лопатками подойти к первой линии окопов. И то при условии, что в карауле целое отделение стоять не будет.Необходимо искать место, где фронт разрежен, но это скорее всего такое место, где техника не пройдет, а у нас накопился огромный обоз, вон даже медсанбат с ранеными и все накопленное неусыпными трудами, в грузовиках, да с прицепами… — высказав это все это на одном дыхании, он глубоко вздохнул и замолчал, глядя при этом на меня из-подлобья.

— Хотите еще что-то добавить Василий Георгиевич?

— Пожалуй… — и тут он снова замолчал, взяв почти мхатовскую паузу.

— Пожалуй да, или пожалуй нет?

— Конечно «да»! Я хотел сказать, что бриада должна разделится на боевую часть, обеспечивающую все это и ту ее часть, которая просто проедет линию фронта, за ней замыкающей снимется часть артиллерии, которая уже со своей стороны занимает позиции и готовиться к подавлению противника, когда остальные подразделения войдут в разрыв последними.

— Неожиданно… Но тогда получается парадокс — нам нужно идти в тыл группировке, изготовившейся к прорыву, потому что она компактно собралась и открыто — без окопов и блиндажей, то есть удобна для поражения артиллерией… Я правильно вас понял, товарищ майор?

— Да!

— … а с обоих сторон обычный разреженный фронт. — Сделал я промежуточный вывод из предложения Климовского. — И тут появляется вопрос — сколько смог изготовить своих войск в наступление первым эшелоном в полосе 8–10 километров, противник?

— В бригаде мощная разведка, как я уже не один раз убедился…

— Есть такое, но даже она не в состоянии вскрыть абсолютно всю обстановку… К сожалению. Отставим пока этот момент в сторону…

— Допустим три или четыре… — тут я капитально подвис, лихорадочно вспоминая как в этом времени назывались аналоги батальонных тактических групп. Наконец в памяти всплыл нужный термин, и я с облегчение продолжил: — передовых отряда, в составе пехотного батальона с легкими танками и легкой артиллерией, идут впереди бригады, а все тяжелые и средние танки с крупнокалиберной артиллерией, обеспечивающие собственно прорыв, должны быть сразу за этими группами, но тоже компактно…