— Интересно, нормальная атмосфера внутри сохранилась? — спросил Женька, рассматривая механизм ручного открытия двери шлюза.

— Сомневаюсь, — ответил я и пояснил: — Наверняка от старости и износа материалов где-то появилась утечка. Да и зачем тебе атмосфера? Если она и есть, то там теперь такой спёртый воздух, что ты скорее всего задохнёшься от неземных ароматов.

Способ открытия шлюза оказался довольно бесхитростным: вытащи специальные запоры, предохраняющие от случайностей, да крути ручку по часовой стрелке до упора, пока не щёлкнет. Щёлкнуло, и вместе с чуть приоткрывшейся дверью наружу с шипением вышел оставшийся воздух. Видимо, кручение не только передвигало запирающие задвижки, но и уравновешивало давление в шлюзе с окружающей средой.

— Ну вот, а ты говорил, что атмосферы внутри не сохранилось, — заметил Женька.

— Я не утверждал, а сомневался, к тому же она могла быть только в шлюзе.

И всё же Евгений оказался прав: когда открылась вторая дверь, датчики скафандра радостно сообщили, что воздух вполне пригоден для дыхания. Но я, следуя предыдущему опыту, не стал убирать защитный кокон. И не то что бы я боялся унюхать здесь нечто невообразимо вонючее, как случилось со мной при первом посещении «Вояджера» или на «Трентоне», сколько просто из безопасности. Запертый, и возможно, на столетия воздух, который за это время никак не фильтровался, мог быть наполнен ядовитыми результатами постепенного распада материалов здания. Да, вроде как скафандр ничего такого не показывал, но всецело доверять ему всё же не следовало.

Сразу же в модуль гостей не пускали, им ещё предстояло пройти процедуру очистки в небольшом «предбаннике» с кучей отверстий на стенах, полу и потолке. Меня это ничуть не удивило, на «Айсбергах» было точно так же. Но так как все системы давно отключены за отсутствием питания, задерживаться здесь мы не стали и просто отодвинули вбок последнюю дверь, отделяющий суровый внешний мир от земного уюта базы.

Света внутри, конечно же не было: электричество кончилось ещё в мезозойскую эру, а окон я не видел и у других зданий. Режим ночного видения включился автоматически, как только закрылась наружная дверь шлюза. В фильмах ужасов герой должен пользоваться тусклым фонариком или в крайнем случае допотопным «ночником», отображающим всё в зловеще зелёных тонах. И уж никак в такой ситуации по задумке автора сценария не обойтись без внезапно появляющегося монстра или злодея. У зрителя от этого сердце уходит в пятки, а из груди вырывается испуганный крик.

Скафандры же, в отличие от киношных штампов, показывали картинку превосходного качества, практически в естественных цветах. Поэтому никто из нас и не ойкнул, когда мы увидели на стене намалёванную чем-то белым надпись «Уходите отсюда! Здесь смерть!».