— Вот такие пироги с котятами, — многозначительно произнёс я после того, как Евгений вернул вынутый блок на место. — А так и не скажешь, что она какой-то киборг, вполне себе человек.

— Почему же, — не согласился мой друг. — Люди ведь и в правду столько не живут, пятьсот лет и всё такое. Можно было догадаться, если чуть пораскинуть мозгами.

— Стазис-капсулы.

— Не думаю, но для поддержания органических частей тела она однозначно что-то применяла. Вернёмся — посмотрим, — ответил Евгений, а затем встал с корточек и зачем-то отряхнул руки.

— Не получится, — сообщил я новость, после того как последовал примеру Евгения и тоже поднялся на ноги. — Нет больше Цереры, она целиком провалилась в прокол. Игры Ады со старой техникой до добра не довели.

— Вот! — вдруг многозначительно заявил Женька. — Ада! Имя какое многозначительное, я только сейчас понял.

— Да вроде самое обычное, — ответил я. — Для иностранки.

— Её создатель был не чужд отсылкам к прошлому информатики. Ада Лавлейс — первая женщина-программист, точнее, вообще первый в мире программист. Девятнадцатый век, машина Бэббиджа. И даже один из языков программирования в честь Ады назвали.

— Не припоминаю, — честно признался я. — Ну да ладно, это всё лирика. Скажи-ка мне лучше, что тут вообще произошло и зачем ты её «убил». И главное, как? Не вижу следов от попаданий.

— Ага, ты на скафандр мой посмотри! — Женька указал на бесформенную хламиду рядом на полу, в которую превращается наш защитный костюмчик, когда полностью лишается энергии. — Вот как я теперь до «Вояджера» дойду? И хорошо ещё здесь кислород есть! Пахнет, кстати, так себе.

— Как-как: принесу обычный заряженный.

— Сходи сейчас, а? — Евгений жалобно на меня посмотрел. — Неуютно себя чувствую, как будто голый.

— Ну ты и так почти что.

— Что за грязные намёки? У нас с Адой была любовь платоническая, возвышенная.

— Только закончилась смертоубийством.

— Это всё она, честно-честно! — теперь на лице Женьки появилась маска оскорблённой невинности.

— Верю-верю, — как бы согласился я. — Приду — расскажешь. А пока меня не будет, ничего больше тут не трогай и не включай, стой на месте. Щас вернусь.

Подхватив разряженный скафандр, я направился к двери шлюза. Процедура прошла ровно в том же порядке и скоростью, что и пятнадцать минут назад, только направление обратное.

В следующие полчаса, на удивление, ничего интересного и опасного для жизни не произошло. Обычные, скучные дела: дойти до «Вояджера», узнать, что с ним всё в порядке, попасть внутрь, поставить скафандр на зарядку, забрать другой, предварительно переведя его в транспортный режим, взять со стола модуль телепорта, проверить связь с кораблём, удовлетворённо хмыкнуть, после чего покинуть «Веясандар» и вернуться на базу.