шпионами. – Не может быть такого народа! – возразил я. – Все эти амазонки вымерли бы уже через поколение. – Они иногда делят ложе с молодыми мужчинами – сыновьями Сколота. Если в результате рождается девочка, ей впоследствии отсекают одну грудь, чтобы удобнее было стрелять из лука. А новорожденных мальчиков они приносят в жертву своей богине – по крайней мере, так мне рассказывали. Хотя сознаюсь, я ни разу собственными глазами не видела ни одной из этих женщин-воительниц. Ее слова напомнили мне мой вчерашний сон; если успею, то постараюсь его впоследствии описать здесь. – Вон и храм! – воскликнула Ио. – Ну что ж, чего-то подобного я и ожидала. Да они просто понятия не имеют, как должен выглядеть настоящий храм! Впрочем, никто этого не знает, если не путешествовал по странам Востока, хотя некоторые храмы эллинов довольно красивы. Но про здешний и говорить нечего. Даже если б весь этот город был действительно разрушен Великим царем, никто и не догадался бы, глядя на руины, что при упоминании о Спарте трепетало полмира. Храм действительно оказался весьма мал и очень скромен. Его колонны представляли собой простые деревянные столбы, выкрашенные белой краской. Я снял пояс с мечом и пристегнул его к одному из столбов. – Мы, наверное, должны принести какой-нибудь дар храму? – спросила Ио. – Видите вон ту бронзовую чашу? Господин мой, есть ли у тебя деньги? – Я позабочусь об этом, – сказала Дракайна и бросила в чашу одну из железных спартанских монет [143] . Когда мы прошли из-под залитого солнцем портика в полутемную глубь храма, Ио спросила: – Где ты взяла спартанские деньги? – Ш-ш-ш, тихо! Больше всего меня потряс возраст храма; по-моему, лишь его невероятная древность и способна была поразить воображение и делала это святилище Великой богини по-настоящему таинственным. Эта обитель божества была построена еще в те времена, когда мир был юн и люди не успели забыть, что боги, если к ним относиться неуважительно, с насмешкой, могут наказать людей и покинуть их. Из дальнего угла храма неслышно появилась жрица, седая, очень высокая, почти такого же роста, как я, и прямая, точно копье. – Добро пожаловать в обитель Охотницы и в нашу страну, названную в честь великого Геракла, – сказала она. – Мы, конечно, чужие в вашей стране, госпожа моя, – сказал я в ответ, – однако явились мы в Спарту не по своей воле, а по приказу вашего регента, принца Павсания, который не позволяет нам покинуть ее. – Однако нам дарована свобода передвижения по вашему городу, – быстро вставила Дракайна.