Что мы в итоге решили на собрании? Да просто разнести здесь все к Уроборосу и сжечь, потому как совершать какие-либо другие телодвижения над Морозовыми сейчас очень нерационально. Своего химического производства у них, как мы выяснили, не оказалось, а потому, скорее всего, они попытались схватить то, что плохо лежит и никому вроде бы не нужно. Так что, если мы сейчас все это дело им пообломаем, а они не сдадутся и постараются найти реагенты где-то еще, это станет прекрасным индикатором. И можно будет с уверенностью говорить об их планах, связанных с какой-то химией.

Но получилось, можно сказать, даже лучше, чем мы планировали! Покуда мы сидели в сугробе, кто-то сумел распознать в одном из вражеских чародеев довольно высокопоставленного командира Морозовых, который вполне может знать хотя бы часть планов руководства своего клана. Так что сейчас готовились еще и к его захвату. Нам же, как и остальным «наблюдателям» из, можно сказать, массовки, нужно будет пошуметь по периметру складской территории, дабы раздробить и отвлечь силы противника.

Подумав, я, активно работая руками и разгребая перед собой снежные сугробы, подошел к капитану своей группы.

— Виталь Федорович… — едва слышно шевеля губами, привлек я к себе его внимание.

— Князь? — также почти беззвучно ответил он, явно удивленный тем, что я нарушил команду замереть и подошел к нему.

— Тяжелые пехотинцы, они же Морозовых, — продолжил я, кивнув на остановившийся по какой-то причине патруль, что-то высматривающий в лучах света у стены складской территории. — Это явно не обычные московские экзоскелеты. Как насчет того, чтобы захватить хотя бы единицу? Все равно сейчас шуметь придется. Утащим?

Мужик, прищурившись, посмотрел на меня несколько мгновений, а затем перевел взгляд на фигуры морозовского патруля. Там бойцы чуть рассредоточились, держа свои тяжелые многострелы в боевом положении, выцеливая что-то, в то время как один из них, видимо, командир, медленно пошел по сугробам вперед и аккуратно потыкал закрепленным на одной из перчаток выдвигающимся клинком в то место, которое показалось им подозрительным.

Снег тут же зашевелился и начал вспучиваться, выпуская из себя нечто. Впрочем, тут и гадать было не нужно. Скорее всего, то был промерзший мертвец, в тело которого успел подселиться дух льда. Будь он где-нибудь поблизости, мы бы сразу его почувствовали, а так… далековато.

Впрочем, картина восстающего из снега промерзлого покойника, способная испугать обычного простеца до потери сознания, какого-либо эффекта на морозовских бойцов не произвела. Тот, который вышел вперед, просто протянул свою закованную в латную перчатку руку и, сграбастав мертвеца за шкирку, буквально впечатал его обратно в сугроб. А потом, распрямившись, поднял правую ногу и с грохотом топнул по земле.