Это был тонкий лед. Я давно заметил за девушкой, что она чутко реагирует на ложь и недомолвки. Например, она старалась не общаться с Лу больше, чем это было необходимо. Почему? А не понятно. Она сама не осознавала, почему сторонится мою жену, но подсознательно Риса чувствовала, что с ней что-то не так. Что у нее есть тайна. Нет, даже Тайна — большая и серьезная. И она ни в коем разе соприкасаться с ней не желала.

— А если ты ошибаешься?

— Не ошибаюсь.

— Почему ты в этом уверен?

— Риса, — я чуть повернулся к волшебнице, — посуди сама. Вы с Нагалем вынесли из хранилища два артефакта. Первый — продолжение моей правой руки. Второй — фолиант о магии, которой, скорее всего, владею только я. Что еще было в том хранилище?

— Ну… Книги по Магии Крови, лютня, несколько опасных амулетов…

— Видишь. Из всего того, что было банально опасно оставлять Кватту, вы взяли именно те две вещи, которые могут пригодиться только мне. Ладно, фолиант может пригодиться только мне, но именно в моей руке этот меч… Может натворить всякого. И вы проплыли через море, добрались до Осфилда и постучались в мою дверь. Совпадение? Риса, я владелец сразу двух артефактов и четырех покровителей среди богов, я не верю в совпадения. Вас привели на мой порог. Да и вообще, как вы вынесли эти вещи? Ты сказала, что заклинание Крови работает однозначно: оно не дает ничего вынести из хранилища, если человек этого хочет. Может я чего-то не понимаю, но ведь мэтр Нагаль именно это тогда и делал. Хотел вынести артефакты и спрятать их от Кватта.

Рисанриэль внимательно выслушала мою тираду, и по глазам девушки я увидел, что она прониклась моими выводами. Все наше знакомство — череда незначительных случайностей. Но все они выстраивались в четкую последовательность. Они с мэтром должны были принести мне эти вещи. Именно мне, а не кому-то другому.

— Учись сражаться, Риса, — продолжил я. — Что-то мне подсказывает, что времени на учебу у тебя осталось не слишком много.

К середине второй недели Сания наконец-то подтвердила свое участие в дворцовом перевороте. Не уверен, что делала это королева исключительно из политических мотивов. Арван внимательно наблюдал за мной все эти дни, еще больше — за Рисанриэль, которую я активно натаскивал. Не сомневаюсь, что и о странном старом мече в покоях девушки он тоже был в курсе, такое весло сложно спрятать даже в нескольких комнатах. Особенно, если туда имеет доступ прислуга. Возможно Санию пугали перспективы закуситься напрямую со мной или же она отчетливо осознавала, что герцоги настолько ослабят страну под управлением Кая Фотена, что Клерия рухнет. Все же новости с запада приходили не самые радужные: имперцы вовсю насаждали на захваченных землях новую веру и поток беженцев в Токонскую Империю и Гонгорское Королевство только рос и рос. Морской маршрут в сторону Бланда с материка Кватт заблокировал практически полностью, оставив проход только для восточных купцов. Но и те стали все больше и больше приглядываться к пешим маршрутам от гонгорских берегов.