Сам Тапок неторопливо навел прицел плазменной винтовки на левый передний двигатель одного из гравилетов и нажал спуск. Заранее было понятно, что гравилеты бронированы и их вряд ли повредит противопехотными минами. То, что удалось подбить несколько машин — уже большая удача. Нужно ее закрепить, тем более что Тапок запасся тем, что гарантированно могло прожечь любую броню.

Винтовка, стоявшая в режиме усиления, выплюнула мощный сгусток ионизированной плазмы, которая в доли секунды преодолела расстояние до цели. Издав эдакий шелест, похожий на шум крыльев насекомого, со звонким чваканьем плазма проплавила кожух двигателя, моментально выводя его из строя, заставляя расплавленный металл медленно стекать на землю.

Готово!

Просто отличная пушка, но…у нее все же был один серьезный недостаток. Пять-шесть выстрелов перегревали винтовку, и дальнейшее ведение огня было чревато взрывом.

Второй выстрел Тапок безбожно смазал, потому что водитель гравилета, не ожидавший внезапного выхода из строя движка, попросту не справился с управлением, и тяжелую бронированную машину завертело вокруг своей оси, завернуло в сторону, заодно с хрустом смяв капотом неудачно подвернувшегося под удар «Чистильщика».

Беглым темпом Тапок дострелял еще три выстрела по движкам, попал дважды, окончательно приземлив машину, в которой предположительно и находился ВИП, на брюхо.

Прошло уже десять или двенадцать секунд с начала боя, при этом из первой пятерки противников, тех, что были на гравибайках, пострадал только один, снесенный ударом гравилета. Несмотря на громадное число пуль, выпущенных по врагам, те даже не думали валяться кучками окровавленных ошметков мяса на земле. Они весьма эффективно уклонялись, прятались, маневрировали, несмотря на то, что места особо не было, а попадающие в них выстрелы, казалось, просто не причиняют никакого урона.

При том противник уже успел оклематься, понял, откуда вели огонь бойцы, данные Тапку и Мику доном, и принялись стрелять в ответ, причем весьма эффективно. От их ответного огня упало сразу двое или трое самых неосторожных бойцов, слишком уж нагло и долго маячивших в оконных проемах.

«Вшу-ух-х-х!»

Небольшой овальный снаряд из обедненного урана просвистел в воздухе и проделал сквозную дыру в голове того из врагов, который только что убил неосторожно высунувшегося чуть дальше, чем было нужно, бойца Сальваторе в оконном проеме.

Бес не слишком-то торопился, понимая, что как только враги осознают, что по ним ведет огонь еще и снайпер — они станут куда осторожнее и уйдут с открытого пространства.